Книга Да, мой король, страница 120 – Елена Михалёва

— Йохана, того паренька со стройки в Лихтенхофе, которому король передал особые поручения накануне вечером через стражников. Ночью его избили и задушили пеньковой верёвкой, а потом бросили в канаву неподалёку от доков.

— Какой ужас, – Джования повернулась к «мужу». – Что за поручения ты ему дал?

— Ничего особенно, – Шенборн пожал плечами. – Велел слушать внимательно всё, о чём судачат на стройке, и передавать самое интересное стражникам.

— Полагаете, он услышал нечто такое, за что его решили убрать? – Джо неуютно поёжилась.

— Или хотели выяснить, что конкретно я приказал ему через стражников, – ответил Шенборн.

— Или побывал там, где ему не следовало, – намекнул Альберт. – Пока Йохан следил за людьми на стройке, наш человек присматривал за Йоханом. Мне жаль, что мальчик оказался приманкой. И ещё больше жаль, что он погиб, – герцог Зоммерштерн кивнул Ричарду. – Но мы знаем, где именно он был минувшим вечером.

Собрание большого совета затянулось. И прошло оно вовсе не так гладко, как на то рассчитывал граф фон Шенборн. У лордов возникло бесчисленное количество вопросов, главным из которых оказалось строительство канала в Нижнем Оттенберге. Все обсуждения, заключение письменных соглашений и согласование спорных моментов завершилось поздним вечером. Возможно, не все дворяне остались довольны итогами этой встречи, но оспаривать волю монарха никто не посмел.

После собрания «король» приказал подать лёгкий ужин в его покои, а сам направился к дочерям. Он застал маленьких принцесс уже в постелях, поэтому просто пожелал им доброй ночи и удалился к себе.

Но по пути Ричард вдруг вспомнил об отчётах касательно мятежей, которые составили его люди в разных уголках Атенлау. Шенборн не успел утром прочесть их все, оставив в большом кабинете Вильгельма. Думал, изучит после собрания, да так и не дошли руки. Поэтому граф решил забрать их спальню, дабы там дочитать в тишине.

Он свернул на лестницу и спустился на этаж ниже. Стражники следовали за ним молча. Ричард и сам давно отказался от привычки лишний раз что-то объяснять слугам: Вильгельм не любил тратить на это время.

Только в коридоре второго этажа граф всё же замедлил шаг, потому что отчётливо услышал знакомый женский смех.

Смеялась принцесса Маргарита, сдержанно, но совершенно счастливо. Это насторожило Ричарда настолько, что он коротко приказал стражникам позади себя:

— Ждите здесь.

А сам пошёл дальше, на звук женского голоса. И к своему негодованию услышал ещё один голос: мужской, но совершенно ему неизвестный.

Коридор в этой части дворца был широк, впереди он резко под углом сворачивал вправо. По одной его стороне тянулись двери и украшенные лепниной стены, к которым крепились хрустальные светильники с горящими свечами. По другой стене закрытые бархатными шторами окна сменялись полукруглыми эркерами с диванчиками для отдыха.

Ричард завернул за угол и в первом же эркере увидел свою «сестру» в компании молодого мужчины в тёмно-синем дублете весьма скромного покроя. Шенборн ошибся. Он знал этого человека с копной каштановых волос и быстрыми зелёными глазами на излишне слащавом лице. Это был учитель рисования, который обучал Гертруду и Маргариту акварели.

Марго очевидно не была против его общества. На её щеках горел румянец, а тонкие пальцы в смущении стискивали прозрачную персиковую шаль, которая едва скрывала её открытые плечи в декольте бирюзового платья.