Книга Да, мой король, страница 172 – Елена Михалёва

На последней фразе её голос перешёл в шёпот.

— Не говори так. Ты меня убиваешь, – Шенборн всё же подошёл к ней.

Но стоило ему коснуться плеча девушки, как она резко повернулась к нему лицом.

По щекам катились крупные, безмолвные слёзы. С ними выходила боль, выжигающая душу дотла.

— Убиваю? – Маргарита сплела в замок трепещущие пальцы и сквозь слёзы с жаром зашептала громким, отчаянным шёпотом: —Ты принадлежишь ей. Я вижу, какими глазами ты смотришь на неё. Я не смела даже мечтать, чтобы так смотрели на меня. Ваше счастье угнетает и мучит меня. Воздух родного дома губителен настолько, что я задыхаюсь каждый раз, когда ты улыбаешься ей. Твоё безразличие невыносимо.

— Безразличие? – Ричард положил руки на её дрожащие плечи. – Марго, не плачь. Умоляю. Ты знаешь, что дело вовсе не в безразличии. Причина моего молчания тебе известна. Я не хотел ни усложнять и без того безвыходное наше положение. Ни терзать тебя своими признаниями.

Граф подумал и о Джовании. О том, что сделают его признания с ней. И вновь ощутил стократный гнёт вины за судьбы обеих женщин, к которым был привязан душой и сердцем. К каждой по-своему. И к каждой искренне.

Одну он любил годами с ранней юности. Любил первой светлой любовью и мечтал о ней, как о той единственной, с которой разделит всю жизнь и в чьих объятиях встретит старость. Она наполняла его нежностью, желанием и восторгом. Но оставалась столь же недостижима, как и много лет назад.

Вторая подарила ему совсем иную любовь. Она разожгла в нём огонь, на который он никогда не надеялся. Ради неё одной граф был готов носить чужую шкуру и мчаться через всё королевство, чтобы целовать её ноги.

Ричард не хотел причинять страдания ни одной из них. Он предпочёл бы умереть сам.

— Я проклят, – пробормотал он, глядя на то, как слёзы катятся по щекам Марго.

Принцесса приоткрыла воспалённые, покрасневшие губы в изумлении, когда он наклонился и по очереди невесомо поцеловал её солёные щёки. Возможно, был бы и третий поцелуй. Но девушка вывернулась из его рук, и отошла обратно к окну.

На ходу она нервными движениями вытирала ладонями щёки. То ли хотела осушить слёзы. То ли избавиться от ощущения его поцелуев на коже.

— Я больше не могу всё это переживать. Я не желаю твоих прикосновений и оправданий. И не в силах видеть тебя с Джо. Иначе лишусь рассудка, клянусь тебе. С меня достаточно, – Маргарита крепко обняла себя за плечи, чтобы унять ледяные мурашки. – Отправь меня к матушке в Нойгау.

— Ты же не выносишь её?

Ричард шагнул было к принцессе, но тут открылась дверь.

В комнату вошла королева Джования и жестом велела любопытным фрейлинам закрыть дверь за ней. На сей раз Джо не выглядела ревнивой или уязвлённой. Скорее, не на шутку обеспокоенной. Однако, вид заплаканной Марго в халате и глубоко растерянного Ричарда заставил королеву нахмуриться.

— Всё ли в порядке? Мне сказали, ты нездорова, – Джования с грациозной плавностью приблизилась к ним. Она изучающе смотрела на девушку. – Что-то серьёзное?

Маргарита судорожно вздохнула. Появление Джо помогло ей немного успокоиться. По крайней мере, осушило слёзы.

— Я хочу уехать к матери в Нойгау, – повторила Марго, стискивая в руке поясок халата. – Разреши мне уехать, Джо. Прошу тебя. Так будет лучше для всех.