Книга Энциклопедия Человеческого Д***изма. Без согласования, страница 14 – Вадим Мартовский

— Это не случайно? — спросил Алексей.

— Это Валерий Семёнович, — сказала Марина Юрьевна. — Он считает, что графитовый не боится грязи.

— Я считаю, что грязи не надо бояться, если ты не живёшь в витрине кондитерской, — раздалось сзади.

Высокий мужчина в серой ветровке подошёл к ним, держа телефон в руке. Лицо у него было сухое, собранное, с тем выражением, которое появляется у людей, решивших быть спокойными настолько, что окружающие начинают нервничать.

— Валерий Семёнович, — представился он. — За графитовый. Не потому, что люблю графитовый. Потому что невозможно дальше жить в этом цвете больничной каши.

— Дом не больница, — сказала Марина Юрьевна.

— Да? А вы посмотрите на него.

— Я на него смотрю двадцать семь лет.

— Вот именно.

На секунду стало тихо.

Алексей понял, что фраза попала не в спор о фасаде. В двадцать семь лет. В право считать прожитое временем, а не ошибкой.

Марина Юрьевна поправила папку под мышкой.

— Мы заселились сюда, когда вокруг ещё был пустырь. Здесь дети выросли. Люди по соседям ключи оставляли. Нормальный был дом.

— Он и сейчас нормальный, — вмешалась пожилая женщина из толпы. — Не слушайте его. Он пять лет назад въехал и уже всё ему не так.

— Я въехал пять лет назад и за эти пять лет трижды предлагал отремонтировать двор, заменить освещение и поставить нормальную дверь в подъезд, — сказал Валерий Семёнович. — А вы трижды решили, что сначала нужно обсудить, не обидит ли это тех, кто привык к старой двери.

— Потому что вы всегда приходите не с предложением, а с приказом.

— Потому что, если я приду с предложением, вы создадите рабочую группу.

Егор кашлянул в кулак.

Алексей посмотрел на него. Егор быстро отвёл взгляд, но было видно: ему смешно.

Из подъезда вышел худой мужчина в куртке на размер больше, с прозрачной папкой в руках. Он двигался осторожно, будто любое резкое движение могло привести к несанкционированному решению.

— Я Игорь, квартира девяносто вторая, — сказал он. — Сразу уточню: совет дома не уполномочен принимать решение единолично. Фасад относится к общему имуществу. Необходимо квалифицированное большинство, предварительная смета, уведомление всех собственников и корректно оформленный протокол.

— Игорь у нас за закон, — сказала Марина Юрьевна.

— Игорь у нас за Игоря, — сказал Валерий Семёнович.

— Я за процедуру.

— Процедура у тебя всегда такая, что в конце доступ к документам есть только у тебя.

Игорь медленно вдохнул.

— Потому что документы надо уметь читать.

— Вот. Вот поэтому тебя никто не любит.

— Любовь не входит в компетенцию общего собрания.

— К счастью, — сказала девушка в чёрной шапке, не отрываясь от телефона. — А то мы бы и её не утвердили.

— Ксения, — представилась она Алексею. — Я веду чат дома. Вернее, я его не веду, но если я не буду следить, там опять начнутся голосовые на семь минут.

— Вы снимаете? — спросил Алексей, заметив телефон.

— Для прозрачности.

— Для монтажа, — сказал Валерий Семёнович.

— Для доказательств, — сказала Ксения.

— Это одно и то же, если доказательства выбирает человек с телефоном, — ответил он.

— Вот видите, — обратилась Ксения к Алексею. — Он уже начал давить на прессу.

— Ты не пресса, — сказал Валерий Семёнович.

— Тем более страшно.

Егор хлопнул в ладони один раз.

— Давайте так. Мы не будем сегодня выбирать цвет. Мы послушаем, почему каждый считает, что именно его вариант нужен дому.