Книга Последняя станция — море, страница 167 – Алисия Роуден

Вера посмотрела на отца.

— Ты хочешь остаться?

Андрей медленно повернулся к ней.

— Нет.

— Тогда почему он там?

— Потому что я когда-то уже сделал этот выбор.

Он достал из кармана коробку с обручальным перстнем Анны и положил её на стол.

— Когда я впервые попал на линию, я мог вернуться. Но решил остаться, чтобы найти Костю. Потом хотел найти тебя. Потом Анну. Каждый раз я говорил себе, что ещё немного — и смогу уйти.

Он посмотрел на человека за стеклом.

— Возможно, линия сохранила тот путь, по которому я продолжал ждать.

Вера почувствовала, как всё внутри сжалось.

— Значит, он не настоящий?

Андрей покачал головой.

— Он настоящий настолько, насколько настоящи наши решения. Если бы я остался, однажды мог бы стать таким же.

Человек за стеклом приложил ладонь к окну.

Потом медленно повернул голову и посмотрел на Веру.

Его губы шевельнулись.

Она прочитала:

«Не открывай».

Вера отступила.

— Он предупреждает нас?

Михаил Соколов покачал головой.

— Или пытается удержать.

В коридоре раздался гудок.

Поезд начал движение.

Человек за стеклом не исчез. Он продолжал смотреть на них, пока последний вагон не скрылся за поворотом. И только тогда Вера заметила, что в его руке больше нет билета.

Он держал маленькую фотографию.

На ней были Андрей, Анна и двое детей у старого вокзала.

Та самая фотография, которую Вера видела в купе отца.

Только на этом снимке не было ни матери, ни Кости.

Рядом с Андреем стояла одна Вера.

Вера почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

— Папа…

Андрей посмотрел на неё.

— Я знаю.

Он не стал объяснять. Не стал говорить, что это невозможно, что фотография ничего не значит или что линия снова пытается их обмануть.

Он просто взял дочь за руку.

— Мы не будем возвращаться в тот мир, где я остался один. Мы вернёмся в тот, где у нас ещё есть возможность быть вместе.

Вера кивнула.

За окном погасли последние огни.

Поезд остановился.

На табло появилась надпись:

ПОСЛЕДНИЙ РЕЙС ЗАВЕРШЁН.

ПАССАЖИРЫ ПОДТВЕРЖДЕНЫ: 4.

ВОЗВРАЩЕНИЕ ОТКРЫТО.

Вера посмотрела на мать, брата, отца и деда.

Все они стояли рядом.

И всё же она не могла отделаться от ощущения, что кто-то остался позади.

Она подошла к двери вагона.

За ней не было платформы, не было моря, не было рельсов. Только белый свет, мягкий и ровный, как утро за занавесками в их старой квартире.

Вера сделала шаг.

Костя взял её за руку.

Андрей пошёл следом.

Михаил Соколов задержался на мгновение и посмотрел в темноту вагона.

— Прости, — тихо произнёс он.

Потом тоже шагнул в свет.

Двери закрылись.

И поезд ушёл.

Белый свет не исчезал.

Сначала Вера решила, что закрыла глаза. Потом поняла, что это не так: она видела собственные руки, пальцы Кости, стиснувшие её ладонь, тёмный рукав отца, плечо деда. Всё вокруг было на месте, но привычные расстояния между предметами куда-то пропали. Казалось, они стояли рядом и одновременно находились в разных концах длинного коридора.

Вера попыталась вдохнуть поглубже.

Воздух пах мокрым железом.

— Костя? — позвала она.

— Здесь.

Его голос прозвучал совсем близко. Вера почувствовала, как он сильнее сжал её руку.

— Папа?

— Здесь, Верунь.

Это детское прозвище ударило больнее, чем она ожидала. Отец называл её так, когда она просыпалась ночью после кошмаров, когда боялась грозы, когда в десять лет пыталась казаться старше, чем была. Она не слышала этого слова семнадцать лет. И всё же оно не казалось чужим.