Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 79 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Дмитрий Григорьевич, — позвал меня Воислав, — а может, всё-таки ты меня заштопаешь? А?

— Не доверяешь? — спросил я у него.

— Да как-то… — замялся он, стараясь не смотреть парням в глаза.

— Воислав, рана пустяковая. Они справятся. Неужели ты думаешь, что если бы было что-то серьёзное, я бы отдал тебя лечить им?

— Ладно, — нахмурился Воислав. — Пусть учатся. — После чего посмотрел мне за спину, где стоял Ратмир. — Дружище, поможешь снять кольчугу?

Дальше я уже не слушал, пошёл к Григорию. Услышав шаги за спиной, он повернулся и посмотрел на меня с выражением лица, будто кот объелся сметаны.

— Ты чего такой довольный? — спросил я.

— Сын, мы крепость взяли. Кровь врагам пустили.

— Ясно, — кто про что, а Григорий только войне радоваться может. Хотя я не мог отрицать, бой прошёл гладко. — Уже знаешь, есть ли у нас потери?

— Кроме Воислава, никто серьёзно не пострадал. Разве что у Игната царапина на бедре, но там ерунда. Стрела вскользь прошла.

— Пусть к моим ученикам идёт, — тут же сказал я. — Промоют, если надо зашьют. А то…

— Уже сказал ему, — перебил меня Григорий. — Вот только лошадь ему посекли, попрощается с другом и лечиться пойдёт.

— Понял, — сказал я.

В этот момент к нам подошёл Лёва, и вид у него был ещё довольнее, чем у Григория. Он снял шлем, вытирая пот.

— Взяли мы их, Митя. Как кутят слепых взяли.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение окончательно начинает отпускать.

— Соберите всех жителей на площади, — приказал я. — Оружие в кучу. И проверьте подвалы. Я хочу видеть те самые сундуки, ради которых мы сюда лезли.

Утро после взятия крепости выдалось суетным, но эта суета была приятной. Это был тот самый упорядоченный хаос, который сопровождает любого победителя, дорвавшегося до богатых трофеев. Солнце только-только начало припекать, высушивая ночную росу на брёвнах частокола, а двор уже гудел, как растревоженный улей.

Мы не просто грабили… мы проводили тотальную инвентаризацию.

Я стоял у ворот, наблюдая, как растёт гора добычи. Мои парни, ещё вчера злые и сосредоточенные, сегодня сияли, как начищенные медные пятаки. И было от чего.

— Осторожнее с тюками! — рявкнул я на двух новиков, которые тащили перевязанные кипы ткани. — Если порвёте шёлк, вычту из вашей доли!

А сам подумал про себя.

— «Где Барай успел найти так много шёлка? Неужели Астрахань такое богатое ханство?»

Тем временем воины мне отвечали.

— Поняли, Дмитрий Григорьевич! Не извольте беспокоиться! — отозвался один из них, пыхтя.

Добыча радовала глаз. Золота и драгоценных камней, врать не буду, было немного, всё-таки это не ханская казна, а усадьба полевого командира. Но несколько увесистых кошелей с монетами, перстни с рубинами, снятые с пальцев убитых нукеров, и женские украшения уже перекочевали в мой личный седельный сундук.

Однако меня, как человека с мышлением хозяйственника из двадцать первого века, больше грело другое.

Серебро. Его было много. Посуда, кубки, оклады икон (видимо, тоже трофейных), просто слитки.

Соль. Три огромных бочки белой, чистой соли. В пятнадцатом веке это был отличный улов!

Инструменты: Топоры, молоты, слитки железа, приобретенные для ковки качественного оружия…

Склады мурзы пустели с пугающей скоростью. И мы выгребали всё.

— Дима! — окликнул меня Лёва, вытирая пот со лба. — Там… это… женщин выводят. Из того дома, что за теремом стоял.