Книга Рассвет русского царства. Книга 2, страница 36 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— «Ага, вот и объяснение, почему мне попался всего один тяжелый случай», — наконец- то понял я.

Я кивнул и посмотрел в сторону телеги, у которой сидели связанные враги. Они сидели, опустив головы, а рядом с ними лежали тела их товарищей.

— Что с ними будем делать? — спросил я у Ярослава, кивая на пленных.

Он пожал плечами.

— Дядя ещё не решил. Скорее всего, допросит, а потом… — он провёл ладонью по горлу.

Я нахмурился. Убивать пленных было обычным делом в этом времени, но мне это не нравилось. Хотя, с другой стороны, что с ними ещё делать? Отпустить, они вернутся и нападут снова. Продать… в принципе, как вариант. Вот только решать не мне.

Пока отдыхал, заметил, что Глав и ещё какой-то дружинник методично раздевали убитых нами врагов. Кольчуги, сапоги, пояса с ножами, всё складывалось в отдельную кучу. Это была наша законная добыча, и никто не посмел бы её оспорить.

Дружинники Шуйского тоже обыскали и раздели убитых ими противников, и как я уже говорил, тела сложили радом с их выжившими товарищами.

Вдруг Глав выпрямился и направился к кустам и через минуту он появился обратно, волоча по земле щуплое тело. Глав стащил с него кожаную кафтан и снял с пояса колчан со стрелами, а потом снова скрылся в кустах.

Когда он вернулся, в руках у него был лук. Даже на расстоянии я видел, что это была отличная работа, дерево ровное, изогнутое, рукоять обмотана кожей. Такого не было даже у Семёна-лучника — лучшего стрелка в дружине Ратибора.

— Митрий, — подошёл ко мне Глав, протягивая лук. — Посмотри — это хорошее оружие. Его можно за дорого продать.

Я взял русский лук*, повертел в руках. Дерево было гладким, тщательно обработанным. Тетива крепкая, из сухожилий. По дурости и никак иначе своё действие назвать не могу, я попробовал натянуть, но почувствовав боль в руке, отложил.

(от авторов: Материалы и конструкция: изготавливался из нескольких кусков древесины разных пород (лиственница, сосна, ель, берёза, вяз, клён и др.). Имел форму буквы «М» с плавными перегибами.

— Очищенные от коры заготовки подсушивали на воздухе в затемнённом месте несколько дней, затем обрабатывали топором и ножом и снова просушивали.

— Из подготовленных заготовок вырезали основные части лука, которые снова высушивали, но на этот раз на солнце.

— Части лука склеивали рыбьим клеем. Для приготовления самого прочного клея использовали плавательные пузыри осетров.

— Лук обклеивали берестой, снятой с берёз, растущих на сухих возвышенных местах.

— Окончательным этапом отделки было украшение лука.)

Продавать лук я не собирался. Как и доспех убитого командира, что ранил Ратмира. Его я собирался подарить по возвращению в Курмыш Григорию. В общем всё хорошее я собирался оставить себе. Может что-то и продадим, но скорее всё отправится на перековку.

Примерно через час была приготовлена похлёбка. И готовил её для нас Шуйский, отец Варлаам и Ярослав. У остальных и так дел хватало. Двоих дружинников боярин отправил в лес, посмотреть не остались ли поблизости враги. И те вернулись через час с десятью лошадьми. Подслушав доклад, я понял, что бежавшие воины забрали большую часть лошадей с собой.

Ещё один дружинник следил за пленниками пока те копали большую могилу для своих товарищей. Хоть те тоже были ранены, но их состояние никого не волновало.