Книга Рассвет русского царства. Книга 2, страница 46 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Эх, Андрей! — громко сказал он, хлопнув князя Бледного по плечу. — Видал бы ты, как этот парень в бою себя показал!

Князь Бледный поднял бровь.

— Кто?

— Митрий! — Шуйский указал на меня рукой с чаркой. — Вон тот, что там сидит!

Все взгляды обратились в мою сторону. Я напрягся, но постарался не подать виду.

— И что он такого сделал? — усмехнулся один из бояр.

— Он не меньше десятка новгородских дружинников зарубил! Я сам видел!

— Да ладно, Василий Фёдорович. Не приукрашивай. — сказал уже кто-то другой Шуйскому

— Ей-богу! — стукнул кулаком по столу Шуйский. — Спроси у Ярослава! Спроси у отца Варлаама! Спроси у кого хочешь! Он рубил их, как капусту!

Боярин посмотрел на Ярослава и тот кивнул.

— Правда. Я сам видел.

Бояре переглянулись, но видно было, что они не очень-то верят. Не выглядел я способным на это

Шуйский, видя их недоверие, рассмеялся ещё громче.

— Не верите? Ну и ладно! — и продолжил дальше пить.

Час прошёл в пиршестве и пьянстве. Я старался держаться в тени, и… просто больше кушать, как и не привлекать внимания. Помещение было плохо проветриваемым, и в какой-то момент я решил выйти на свежий воздух. Прошёлся вдоль стены, размял ноги. Рука ещё побаливала, но уже терпимо. А синяк на груди почти сошёл.

Вдруг кто-то врезался в меня сбоку. Да так сильно, что я пошатнулся, едва удержал равновесие.

— Смотри куда прёшь! — крикнул грубый голос с сильным акцентом.

Передо мной стоял мужчина лет тридцати, в странной одежде — короткий камзол, узкие штаны, сапоги с загнутыми носами. Волосы чёрные, зачёсаны назад, лицо смуглое, борода аккуратно подстрижена.

Весь его вид кричал, что он иностранец.

— Я жду извинений! — также с акцентом сказал он

— Это ты на меня налетел.

Он сузил глаза.

— Ты мне перечишь, собака? — и резко замахнулся кулаком.

Я увернулся, шагнув влево и кулак прошёл мимо. Иностранец полетел вперёд, явно рассчитывая на то, что ударит меня, но, встретив пустоту провалился и его хозяин стал заваливаться вперед. Я лишь слегка подтолкнул его… так… не сильно, но достаточно, чтобы он рухнул на землю, оттопырив зад кверху.

В тот момент я еле сдержался, чтобы не пнуть его ногой. Наверное, пиво в голову ударило. Тем не менее я вовремя вспомнил, что понятия не имею, кто он такой. И такое оскорбление мне может ох как аукнуться.

Иностранец вскочил на ноги, лицо перекосилось от ярости. Он выхватил из-за пояса длинный тонкий клинок — шпагу.

«Вот дерьмо», — подумал я.

— Te mataré, bastardo! — прошипел он, занося шпагу. (* Я убью тебя, ублюдок!)

Я не понял слов, но смысл был ясен.

— Что здесь происходит⁈ — раздался громкий голос.

В этот момент из терема вышел Шуйский, опираясь на палку, следом за ним князь Бледный, Ярослав и постепенно на улицу вывалила вся толпа что была в тереме. Видимо, кто-то увидел, что тут может произойти кровопролитие, и сообщили хозяину дома.

— Что здесь происходит? — повторил Шуйский, глядя на иностранца, потом на меня.

Иностранец ткнул пальцем в мою сторону.

— Этот собака ударил меня! И я хочу его крови!

Шуйский посмотрел на меня.

— Митрий? Это так?

— Нет, господин князь, — чётко ответил я. — Он сам на меня налетел, а потом попытался ударить кулаком. Я лишь увернулся и тот сам упал.

Князь Бледный подошёл к Шуйскому, что-то прошептал ему на ухо. Шуйский нахмурился.