Книга Князь Андер Арес 2, страница 69 – Тимофей Грехов

— Я приказываю задержать мятежников! — снова раздался приказ Фира.

В этот момент я заметил, что по швартовому канату карабкается один из стражников. Я не видел лица, но что-то мне подсказывало, что это один из тех, с кем разговаривал Фира. И посмотрев на пристань я увидел подле графа только одного стражника.

Тем временем ползун ловко перемахнул на палубу и, несмотря на напряженную обстановку, направился в часть корабля, где целитель оказывал помощь раненым.

— Ускорение, — произнёс я, и за доли секунды перегородил ему путь. — Я не дам тебе пройти к пленнику.

Я думал, что стражник начнёт угрожать или ещё что-нибудь, но никак не ожидал, что он выхватит кинжал и попытается ударить им меня. Заклинание ускорения всё ещё было активным, и я смог увернуться, хоть и в последний момент. Лезвие кинжала прошло вскользь и не смогло пробить доспех. Я не успевал вытащить свой клинок, а стражник уже заносил кинжал для второго удара. Поэтому, что есть сил ударил латной перчаткой ему в челюсть, которая была закрыта шлемом.

— Бжх, — раздался глухой удар. Силы я не жалел, и было заметно, что метал от удара деформировался. Однако стражник не вырубился и уж тем более не собирался сдаваться. Свободной рукой он потянулся к поясу, резким движением сорвал оттуда какой-то предмет и тут же бросил в меня.

— Магический щит, — активировал я заклинание. Склянка разбивается об него, и черная жидкость с противным шипением просачивается сквозь щит. Я, заметив, что стражник ещё раз потянулся к поясу, воскликнул. — Вспышка — окаменение! — после чего провёл серию боксёрских ударов. На Земле приём назывался «Тройка». В этой последовательности первым ударом наносится джеб*, затем кросс*, а потом опять джеб.

(*Джеб — это длинный прямой удар рукой, который может пробиваться в голову и в корпус.

*Кросс — это прямой удар дальней рукой, который наносится в момент контратаки на атакующую руку соперника.)

Стражник поплыл и рухнул. Не успел я порадоваться победе, как ощутил, что левое плечо начало сильно жечь. Повернув голову, увидел, что чёрная жидкость прожгла сталь, а очаг боли был именно под ним.

Я начал срывать с себя доспехи, старясь добраться до раны. Но я не чувствовал силы в руках. Слабость накатывала очень быстро. В этот момент рядом со мной оказался брат. Он не стал тратить время, а просто разрезал стальные доспехи, теневыми клинками, тем самым оголяя плечо.

Все на корабле столпились вокруг нас. Чуть позже я понял, что они видели, что первым, без видимой причины, напал стражник. И, по сути, я был потерпевшим.

Я открыл систему и увидел, что единицы жизни стали таять на глазах.

Уровень повысился, что, конечно, хорошо. Только вот с каждой секундой показатель моей жизни уменьшался на две единицы.

— Меня отравили! — скривившись сказал я. В глазах помутнело и я начал заваливаться на пол. Только руки брата удержали от того, чтобы я на том же месте не рухнул.

Миша быстро подхватил меня и, словно я ничего не вешу, аккуратно положил на палубу.

— Среднее исцеление, — произнёс он. Показатель жизни увеличился на три единицы, но через секунду он уменьшился снова на две. А через секунду ещё на две. — Бл@ть, яд сопротивляется чарам! — сплюнув сказал брат. — Анд, потерпи, сейчас я что-нибудь придумаю.