Книга Князь Андер Арес 12, страница 9 – Тимофей Грехов

И пока их правители не сядут за стол, не будет ни исцелений, ни знамений, ни заступничества.

Закончил я в начале шестого утра по томскому времени. Искра просела процентов на восемь, что для четырёх городов было смешной ценой, но я всё равно прыгнул на Шивелуч и посидел несколько минут у жерла, заполняя резерв.

Домой вернулся к семи, прогнал по квартире сканирующие чары, убедился, что мне снова не повесили прослушку и завалился спать.

(ОТ АВТОРА: напоминаю, это альтернативная реальность. Прошу не проводить параллелей с нашим миром.)

Российская Федерация,

г. Москва, Кремль,

Ситуационный центр.

За овальным столом собрали двадцать два человека, среди которых находился генерал-лейтенант Лебедев Александр Николаевич.

Свет в помещении держали приглушённым, потому что на двух больших экранах по левой стене крутили материалы. На одном застыл кадр из Будапешта, золотой пергамент над больничным корпусом. На втором стояла на паузе картинка из пекинского зала, снятая китайской камерой с потолка, где над цветочными вазами висела фигура с развёрнутыми крыльями.

Лебедев говорил стоя, положив папку на стол и почти в неё не заглядывая.

— Товарищ президент, разрешите по существу. Сводка подготовлена сводной группой. Привлекались специалисты Института религиоведения, историки, лингвисты-текстологи, психологи и наши аналитики. Работали по двум эпизодам. Будапештское обращение и пекинский эпизод.

Он перевернул страницу.

— По тексту обращения. Лингвисты дают однозначное заключение. Текст написан на современном русском языке. Калек с английского нет, переводных конструкций нет, порядок слов естественный. Архаический слой в тексте есть, но он наносной, стилизация. Автор владеет юридической и военной лексикой. Слова «обет», «клятвопреступление», «заступничество» употреблены терминологически верно, в церковном значении, а не в бытовом. При этом рядом идут вполне современные обороты. — Он сделал паузу. — Вывод группы: автор либо носитель русского языка, либо владеет им на уровне носителя.

— Дальше, — коротко сказал президент.

— По содержанию. Религиоведы отмечают, что автор укладывается в канон. Архангел Михаил, и в православной, и в католической традиции, являлся архистратигом, воином небесного воинства, и он же взвешивает души на весах. В обращении дважды упомянуты весы, причём как требование к политическому устройству. Печать в виде круга с мечом соответствует иконографии. Ошибок канона группа не нашла ни одной.

Лебедев выдержал секунду.

— И отмечают ещё одно. Автор ни разу не назвал имени Христа в тех местах, где христианский проповедник назвал бы его обязательно. Он говорит «Небеса», «Господь», «Творец». Богословы затрудняются трактовать.

— А историки? — спросил кто-то с дальнего конца.

— Историки указывают, что все исторические отсылки в тексте точны и все они относятся к спорным точкам современной политики. Расширение блока на восток и данные при этом обещания. Применение атомного оружия по японским городам. Поведение наших солдат в сорок пятом году в отношении гражданского населения противника. — Лебедев поднял глаза. — То есть автор в курсе современной политической повестки на уровне человека, который читает новости. Он не вневременная сущность, которая проснулась после тысячелетнего сна. Он живёт с нами в одном информационном поле. И он выбирает сторону сознательно.