Книга Война, страница 100 – Тимофей Грехов

— Что Вы имеете ввиду? — спросил я. Но Гриндевальд, не обращая внимания на мой вопрос, продолжал рассказывать.

— Я страшно напился, когда меня заключили в моём собственном замке. Тогда-то я его и создал. И, кстати, этот медальон я использовал чтобы изредка покидать его, — с легкой ухмылкой сказал он.

— Вы покидали Нурменгард после того как Вас осудили? И что, никто этого не заметил?!

— Неа, даже Дамблдор и Фламели не знали об этом. Но и я не так часто уходил из замка. В нём у меня всё было. Но одному вначале мне было очень тоскливо. Хотя по прошествии нескольких лет после войны начался поток посетителей. Вначале редко, а потом всё чаще и чаще, ко мне приходили волшебники разных специальностей, которым нужна была консультация. В основном приходили целители, которых я обучал снимать темномагические проклятия. Темных волшебников моего уровня было сложно найти, особенно после войны! А те, кто остались, попрятались по своим норам, чтобы их не уничтожили.

— А я не мог понять, почему Вы не сошли с ума после тюрьмы. Мне хватило пары месяцев в Азкабане, чтобы потом долгое время просыпаться в холодном поту.

— Слышал-слышал как Дамблдор тебя сделал! Даже воспоминания посмотрел твоего суда. Немного топорно, но своей цели Альбус добился. Ведь ты мешал ему!

— Чем? — спросил я и попытался изобразить удивление.

— А разве ты не понял? — я отрицательно покачал головой. — Ты влез в его планы, связанные с наследником Поттеров. Откат за отказ сражаться на дуэли был для Дамблдора последней каплей. И он использовал лишь малую часть своих рычагов, чтобы оградить избранного от тебя.

Я прикинулся дурачком, чтобы услышать о Поттере у Гриндевальда.

— Вам известно где сейчас Гарольд Поттер или то, что с ним стало? Последнее, что мне о нём известно, это то как он победил Волан-де-Морта и спустя пару лет исчез с островов.

— Волан-де-Морта он победил в 1997 году… — протянул в задумчивости Темный лорд, — я тогда ещё находился под заключением. Эх, и при этом жил лучше, чем сейчас на свободе! — посмеявшись над сказанным, Гриндевальд, продолжил. — Тебе лучше спросить о нём у Малфоя. Меня он никогда не интересовал. Драко организовал с нуля сеть информаторов. Хочу заметить, хорошую сеть! — с гордостью сказал он. — Обратись к нему, думаю он тебе поможет. Через пару дней он возвращается, тогда и поговоришь. Я предупрежу, чтоб не скрывал ничего от тебя.

В январе я встретил Дафну Делакур, которая после нашего разговора появлялась в Нурменгарде крайне редко. Я попросил её помочь мне связаться с Марией Кощеевой. Она развернулась, чтобы уйти, не сказав мне ни слова, и уже в спину я ей сказал, что мне нужна помощь в поиске моего брата. В итоге она согласилась помочь, пообещала, что как та ей ответит сообщит мне.

Гриндевальд почему-то решил, что я чем-то обидел миссис Делакур и попытался наставить меня на путь истинный, который разумеется знал только он. До этого разговора я не думал, что он настолько осведомлен о моей личной жизни.

— Пойми, Рональд, за двадцать три года войн, потерь и рек пролитой крови маги изменились, — наставительно начал говорить он. — Я как-то услышал фразу «человек как кирпич, чем больше его обжигаешь, тем крепче он становится». Также и мы стали крепче, тверже и, к сожалению, черствее.