Онлайн книга «Девятая жизнь Кота императора. Том 1»
|
— Урод! Аморальный урод и живодёр! Небеса-то всё видят, всё зачтётся! — скинул я от злости одеяло и поднялся на ноги. — Мыться! — Урод! Всё, решено — первой моей важной вехой в развитии магии будет заклинание очистки тела и одежды! Раз уж не суждено мне вылизывать яйца — то никакая вода не должна их касаться! * * * — Пей из кружки как человек, — гундел волосатый. — Да как ты меня задолбал… — уже тянулся я языком. — Один можешь делать что угодно, но хотя бы УМЕТЬ нормально пить — ты обязан! — Что есть нормально… не точка ли зрения глупца, что желает мир убедить, опустив до уровня свое… — снова совал я лицо в кружку. — ДА НЕ ЛАКАЙ ТЫ! И УШИ МНЕ НЕ ЗАГОВАРИВАЙ! Ш-Ш-Ш! — он начал на меня махать. — Ш-Ш-Ш! — я начал махать в ответ. Ем не так — ворует курочку! Пью не так — орёт на ухо! Игнорирую — кусает за жопу! Это что такое, я спрашиваю⁈ Это где видано! Но я был ТАК голоден, ТАК хотел молочка… что пришлось учиться пить. Августина принесла завтрак в мою комнату, так что я сидел здесь. Я беру кружку двумя руками как ребёнок бутылочку, наклоняю, высовываю язык, и естественно проливаю половину на лицо. Половину выпиваю. Весь довольный, с усами в молоке, я решил не тратить драгоценные дары природы и коров, и начал вылизываться, допивая остатки с лица. М-м-м, вкусна-вкусна… — Ладно, вроде прогресс есть… — вздыхает Эдмунд, прыгая к шкафу, — Сегодня гостей не ждём, так что в светское не одеваемся. Да оно и так на стирке у Августины. Сегодняшний комплект… — А не плевать ли?.. Я всю жизнь в одних пушистых штанишках проходил и ничего, все любили. — А ты и не кот! — Давай, давай, издевайся, сыпь соль на рану… В итоге я снова оделся в эту чушь под названием одежда, снова беспомощно упал и снова умирающими глазами смотрел на кота. Но после укуса за пятку пришлось подняться — увы, не работает. Да и, честно говоря, привыкаю уже. — Уа-а-ах, — зеваю, ощущая полный животик, — Ну ладно, вроде много что сделали. Можно и отдохнуть, — я пошёл к кровати. — НЕТ! — Да как ты надоел! Не удивлюсь, если у тебя друзей не было! — Были! От старости все померли уже. — Я бы рядом с тобой и в молодости помереть хотел! И тут взгляд цепляется за неправильное. То, чего быть категорически… повторюсь, КАТЕГОРИЧЕСКИ не должно! Кружка на краю тумбы? — А это что? — шокируюсь, — Ну уж нет. Не сегодня. И шлёпнув её два раза, я скидываю кружку и удивлённо смотрю на содеянное. Вау… никогда бы не подумал, что так будет… — Жесть… — бормочу, — Реально упала?.. Жесть… — Ох, боги, помогите мне… — простонал Эдмунд. * * * Теперь мы сидели в кабинете Эдмунда и считали монеточки. — Хе-хе, брякают, — радовался я, гоняя их туда-сюда по столу и скидывая на пол, а потом гоня по полу. — Четыреста семьдесят четыре… четыреста семьдесят пять, — досчитал он последнюю скинутую мной монету, — Мда. Бяда. — Это мало? — Неделя жизни впритык. Вызов кэба, врач, любая услуга вне «существования» — и на неделю уже не хватает. Только основное — еда, тепло. Я начал сгибать и разгибать пальцы. У нас бюджета на четыреста семьдесят пять газет. Это включает в себя в целом вкусно кушать, — а мне много и не надо, — и тепло спать. Была-б моя воля — только это бы и делал! Но увы, видите ли, через неделю будет первое число, и надо платить за воду, Августине, за дом… |