Книга Ее домашняя нечисть, страница 28 – Александра Черчень

— Вы угрожаете мне разбирательством?

— Я предупреждаю, что вы не сможете просто увезти ее к себе и назвать это семейным разговором. Так что давайте вернемся к цивилизованному способу переговоров, лорд Арран. Не возражаете?

— Я тоже против того, чтобы меня куда-то увозили без моего жениха, – добавила я уже спокойнее. – На случай, если мой голос здесь кого-то интересует.

Отец скользнул по мне взглядом.

— Твой голос, девочка моя, как раз интересует здесь всех. Просто ты пока не всегда понимаешь, когда им лучше воспользоваться.

Кайшер чуть повернул голову, и я почувствовала, как его плечо под моими лапами стало тверже.

— Мисс Тарри уже выразила свою волю, – сказал он. – Дважды.

Отец молчал. Долго, очень долго… ровно настолько, чтобы по моему телу раз за разом пробегала дрожь волнения, приподнимая перышки, а магия на кончиках пальцев декана становилась все более и более отчетливой.

Голос Многоликого переводил взгляд с нас на своих воинов, после снова на нас, особое внимание уделяя Пусинде, и, очевидно, прикидывал, не будет ли эффективнее по-тихому прикопать новоявленного женишка в лесу.

Пусинда, кажется, тоже это поняла. Туман вокруг нее стал плотнее, и в нем проступили сразу несколько пар хищных желтых глаз. Как напоминание, что прикопать в этом лесу можно не только профессора.

И отец, кажется, намек уловил.

— Конечно, профессор Эйдан, я буду счастлив пригласить вас в свой дом.

— Как любезно, – сказала я. – Спасибо огромное!

Вышло, кажется, недостаточно благодарно, потому что Кайшер снова успокаивающе погладил меня большим пальцем по лапе.

— Вот и прекрасно, – произнес он. – Обожаю семейные ужины.

Пусинда беззвучно раскрыла пасть в такой улыбке, что ближайший совиный воин все-таки сделал шаг назад.

* * *

Минут пять наши любезные «хозяева» посвятили размышлениям о том, а как бы, собственно, доставить гостей к поселению?

Пришли к выводу, что нам и части охраны придется идти пешком. Тем более что и идти-то совсем недалеко. По ходу, делая крюки, я летала кругами и далеко от города сов так и не удалилась…

В итоге дорогу показывал лично Голос Многоликого, а за нами почетным караулом следовали трое охранников. Видимо, чтобы не сбежали.

Да мы и не пытались! Я не могу уйти без мамы, а для этого надо как минимум с ней воссоединиться, а после уже думать, как быть дальше. И одним из основных занимающих голову вопросов был следующий: а зачем Чару Аррану мама, кроме как меня шантажировать?

Я приходила к неутешительным выводам. Она ведь уже родила ему ребенка. Получается, сделала то, чего не смогла ни одна благородная сова… А у главы совиного клана явно дефицит в наследниках, и разве не логично попробовать снова там, где уже получилось? А мама еще далеко не стара…

Так что мысли у меня были самыми мрачными, и я сверлила спину незваного папаши крайне злобным взглядом. Но ему хоть бы что, разумеется! Даже не обернулся ни разу.

Через некоторое время под ногами появилась тропа. Сначала едва заметная, заросшая мхом, потом – более широкая, утоптанная множеством шагов. Вдоль нее стояли невысокие каменные столбы, на каждом – вырезанная птица. А под ней тонкие, почти ажурные символы: раскрытые крылья, круглый глаз, полумесяц, три короткие линии, похожие на след когтей.

Пуся бесшумно скользила рядом, ее туманная форма то сгущалась, то становилась почти прозрачной. Время от времени она подлетала к одному из столбов, разглядывала руны на них и возвращалась обратно.