Книга Ее домашняя нечисть, страница 53 – Александра Черчень

Сейчас надо было его найти… не могу же я просто его бросить? Будь он хоть сто раз ламиром, он меня, можно сказать, спас, так что надо быть хорошей девочкой.

Я нырнула вниз.

Следующий уровень оказался не коридором, а чем-то вроде старого подземного узла. Здесь расходились сразу пять проходов: два уходили ровно и низко, один поднимался плавным пандусом к заваленному пролету, еще один затоплен почти до половины, а пятый… пятый был раскурочен.

По полу тянулась свежая борозда. Камни вывернуты из кладки, арка треснула, и дальше зияла новая дыра.

Я подлетела ближе и заметила, что на краю пролома осталась длинная серебристая чешуйка.

Большущая такая! Размером с мое крыло. Очень красивая чешуйка, кстати. Светлая, гладкая, с холодным голубоватым отливом.

Совершенно неподходящий момент для эстетического восхищения.

— Кайшер! – снова позвала я, сунув голову в темноту провала, где даже совиное зрение не особо помогало. Потому что для него нужен хоть какой-то свет!

И снова – ничего.

Только вода где-то капала. Вдалеке, за боковыми ходами, гулял слабый сквозняк, и от него старые металлические подвески под потолком едва слышно звенели.

Подвески?

Я подняла голову.

Под потолком действительно обнаружились какие-то тонкие цепочки и круглые пластины. Возможно, когда-то здесь висели лампы?

Из бокового коридора вдруг вылетело нечто черное, потрепанное и очень злое.

Я вздрогнула и едва не шлепнулась в пролом.

— Там нет, – хрипло сказала Пусинда, собираясь в ворону уже на лету. Получилось плохо: одно крыло у нее дымилось, хвост расползался, а правый глаз светился ярче левого. – Тупик и обвал.

— А ты разве его не чувствуешь? – выдохнула я.

Пусинда приземлилась на поваленную колонну чуть в стороне и каркнула:

— Если не позовет – нет.

— Но ты же…

— Я его слуга, а не фамильяр, – Она помолчала, а потом добавила тише и злее: – И даже слугой мне дали шанс стать.

Как интересно.

Кем же надо было быть до этого, если служба – это шанс, а не вынужденная мера?

Вообще-то ухмара называла себя подругой Кайшера. Значит, врала? Или одно другому не мешает?

Я посмотрела на потрепанную ухмару внимательнее. Спросить хотелось очень, но даже мой опыт подсказывал, что меньше знаешь – крепче спишь. А я и так знала многовато для спокойного сна, а потому…

— Давай туда? – Я кивнула на проем, на котором нашла чешуйку.

Пусинда посмотрела туда. Потом на меня. А потом снова туда!

— Давай. Кстати, а ты тут зачем, Айлин?

— В каком смысле?

— В прямом. Ты маленькая, мягкая, пернатая и в целом плохо подходишь для спасения огромных древних змеев.

— Я не могу его бросить.

— Почему?

— Потому что приличные люди не бросают тех, кто ради них падает в катакомбы, – ответила я.

— А ты приличный человек? – задали мне еще более коварный вопрос.

— Сейчас я приличная сова. – Я даже немного разозлилась и резко спросила: – Мы летим или ты продолжишь допытываться, пока хозяин там хвост отбрасывает? Или что, нет хозяина и нет служебных обязательств?!

— А ты резкая птичка, – хмыкнула в ответ ухмара, и вновь превратившись в облачко, нырнула в провал. – Пойдем уж… хотя я сомневаюсь, что такая живучая скотина, как Кайшер, вдруг откинет упомянутый тобой хвост от такой малости.

— Его до этого Лунный Сипух трепал, – напомнила я пустоте впереди, в которой маячили янтарные глаза. Благодаря свету которых, кстати, я теперь ориентировалась гораздо лучше! Вот она – бытовая польза от древней хтони!