Книга Ее домашняя нечисть, страница 73 – Александра Черчень

Потому что дома спустя достаточно короткое время жизнь начинает идти своим чередом, и твоя чрезмерная скорбь часто становится неуместна.

Хотя в Иммерзиле Кайшер не плакал. Разве что после того, как Талион достал его из саркофага, как обезумевший носился по городу, пытаясь как-то уложить в голове то, что прошло несколько столетий и ничего из того, что он знал, уже не осталось.

После этого он еще несколько раз бывал в столице Ламирии, но обычно проходил ее в змеином виде. Потому что это быстрее и проще: местная нечисть, чуя превосходящего хищника, к нему не совалась.

Впрочем, чуяли они его и в человеческом виде.

Сейчас он тоже мог бы обернуться и достигнуть центра города всего за полчаса, но вместо этого шел рядом с Айлин по мостовой.

И в целом даже не стеснялся признаться себе в причинах затягивания этого сомнительного приключения.

Хватит ли нескольких капель ее крови и дара, чтобы открыть царский дворец? Ответ на этот вопрос не хотелось узнавать слишком быстро.

Что делать, если нет?

Несколько… патовая ситуация.

Любые разумные – суть эгоисты. От этого никуда не деться, но тут Кайшер даже не мог оправдаться тем, что хочет оставить девушку себе. Ведь классического личного счастья, на которое он мог бы променять благо большинства, в его случае просто не подразумевалось.

Нет, конечно, можно было бы постепенно вырабатывать толерантность к своему токсину, чтобы Айлин не забывала об их близости. Но дойти до финала у них все равно не получилось бы – он это уже проходил.

А довольствоваться полумерами… свою семью Кайшер такой не видел.

Что уж там, изначально все его матримониальные планы на Айлин были посвящены конкретной цели.

Вообще, мысли о женитьбе были и раньше, но самые что ни на есть практичные: его высокопоставленные друзья явно намекнули, что давно пора обзавестись ширмой-прикрытием. И в целом он бы вполне мог себе такую ширму найти. Собственно, и нашел: Айлин почти идеально подходила на эту роль.

Но сейчас подобное его бы не удовлетворило. Вот если… если удастся снять проклятие ламиров…

Эти мысли его самого несколько удивляли. Серьезные мысли о том, какую семью он хотел бы иметь.

Хотя с ролевыми семейными моделями у Кайшера были определенные сложности, так как отношения отца и матери здоровыми никак не назвать. Царя Ламирии вела одержимая любовь, желание присвоить и неготовность делиться своей женщиной даже с детьми. А его царица с годами привыкла, покорилась и даже стала испытывать столь же нездоровые ответные чувства.

Такого Кайшер точно не хотел, потому сразу же после окончания школы он поступил не в тот университет, куда прочила семья, а, по сути, сбежал в королевство эльфов.

И уже задним умом ламир понимал, что, скорее всего, остроухие просто невиданно этакой оказии порадовались. Они ведь долго думали, с какой стороны к ламирской царской семье подобраться, а тут как раз обиженный на весь свет принц нарисовался.

Как ни горько сейчас осознавать, именно он, принц Ксилот, стал началом конца своего города и своего народа. Ненамеренно, он и в страшном сне не мог представить, что все закончится именно так.

Быть может, у него даже получилось бы оправдаться. Но что тогда, во время суда и казни, что сейчас – Кайшер не хотел этого делать.

Как говорят и теперь, «незнание закона не освобождает от ответственности». И он с достоинством принял свою ношу.