Книга Люди без гордости, страница 86 – Светлана Алимова

— Ты — преступница и должна понести наказание. Я хотел знать, как ты докатилась до этого, но помогать тебе больше не стану. Если сбежишь сама не приближайся к городу и моей семье. Не то убью.

— Две недели охотиться за Ксеней вместе с Бриттом — это не оступилась. Это… нет такого слова, чтобы это описать. У аланси есть одно подходящее, но я не буду его произносить. Оно грязное и отвратительное. Друга у тебя больше нет.

— Альвар, подожди! Не бросай меня! Умоляю!

— Рамона Ортеги, ты арестована. Протяни руки вперед и не сопротивляйся.

— Ты что меня в стражу сдашь?

— Я — стражник. Сам тебя арестую. Бросай оружие.

— Да пошел ты! Мстительный гад, друзей в камеру запихивать…

— Мы не друзья. Ты Бритта выбрала в друзья. Легла под него.

— А тебе завидно?! Тебе-то я никогда не давала!

— Я женат. А ты и дальше раздвигай ноги перед любым уродом. Хотя хуже Бритта ты уже не найдешь, — равнодушно ответил Альвар и двинулся к ней, — брось оружие, я сказал. Не сдашься, убью. Я тебя предупреждал не подходить к моей семье. И не возвращаться в город.

Рамона Ортеги продолжала быть клейменой преступницей в своей собственной голове, даже получив оправдательный приговор. Гай был прав, все забыли, а она помнила об этом.

Альвар заходил к ней каждый день и она бесконечно оправдывалась перед ним за свои проступки. За то что не защитила Ксению, не убила Бритта, не вытащила самого Альвара из камеры и не спасла стражников. Альвар слушал ее с недоумением, протестующе мычал, а однажды просто молча обнял. Это помогало, но Рамона не могла поверить до конца, что отмылась. Может, он просто ждет, когда к нему вернется голос, чтобы все ей высказать? Помнится, тогда, в тюремной камере, перед отправкой на каторгу, она целую ночь оправдывалась перед ним, а он слушал, но к утру оттолкнул от себя и решил забыть о ее существовании. И как было понять есть ли у нее шансы на его прощение или он просто не может сказать все, что о ней думает?

— Рубаху мою верни.

— Сожжешь ее? — равнодушно спросила она, внутри корчась от обиды.

— Зачем? Хорошая вещь. Простирну да перешить отдам. Джозефу две рубахи будет.

Вот оно.

Однажды Рамона попросила Альвара принести ей его рубашку и подарить. Альвар явно был озадачен этой просьбой и не понимал зачем.

— Она — извращенка. И дура. Где он тебе рубашку возьмет, кроме той что на нем? У него здесь вещей нет! — сообщил Хорек, постоянно крутящийся рядом. — Они же все остались в Силвербридже!

Он единственный не доверял Рамоне и относился к ней с нескрываемой враждебностью. Но Ксения и Альвар усыновили крысеныша и теперь им предстояло жить в одном доме, а значит ладить, что оба они понимали. Но как же ее бесил этот паршивый беспризорник! Вот встанет она на ноги, щенок от нее по углам прятаться будет!

Но Альвар внезапно оживился и на следующий день принес Рамоне три своих рубашки на выбор.

Нужной среди них не было.

— А красной нет? — спросила Рамона разочарованно.

— Есть. Гай передал, что тебе нужна именно она, — сообщила Ксения отдавая ту самую рубашку, — держи.

— Можно мне взять ее себе? — спросила Рамона и Альвар кивнул.

Рамона прижалась к ней лицом и нервное напряжение последних дней растаяло.

— Она ее нюхает. Говорил же, она извращенка, — бросил Хорек, выглядывая из-за двери.