Книга Не на твоих условиях, страница 52 – Марина Войкова

Лифт останавливается на первом этаже. Марат заканчивает разговор и убирает телефон.

— Завтра увидимся, Алина.

— Конечно. До завтра, Марат Рашидович.

Я выхожу первой.

На улице прохладно. Я застёгиваю пальто, глубже прячу руки в карманы и направляюсь к остановке. Мне хочется поскорее оказаться дома, закрыть за собой дверь и хотя бы на вечер перестать думать о том, что произошло.

Но по дороге я всё-таки достаю телефон.

Открываю нашу переписку.

Последнее сообщение — моё. Короткое, вежливое и совершенно незначительное. Рядом с ним нет ни вопроса, ни продолжения разговора. Просто конец рабочей переписки между начальником и сотрудницей.

Я долго смотрю на экран, а потом закрываю его.

Наверное, нужно признать очевидное: я не знаю, чего хочет Марат. И пока он сам этого не скажет, мне придётся перестать додумывать за него.

Вчера я засыпала рядом с ним, уверенная, что между нами начинается что-то настоящее.

Сегодня я впервые допускаю, что, возможно, ошиблась.

И самое обидное даже не то, что он мог захотеть от меня только одну ночь.

Самое обидное — что я уже хочу следующую.

А он, кажется, совершенно спокойно обходится без неё.

Во вторник я принимаю решение больше не думать о Марате Рашидовиче.

Решение получается прекрасное. Продуманное, взвешенное, принятое на свежую голову и подкреплённое чашкой кофе. Я даже мысленно подписываю его, ставлю печать и отправляю в архив собственных неудачных романтических историй.

Остаётся сущий пустяк — начать его выполнять.

Утром я прихожу на работу, здороваюсь с коллегами, проверяю почту и с головой погружаюсь в задачи. Никаких лишних взглядов в сторону кабинета руководителя, никаких попыток случайно оказаться рядом с ним в коридоре. Если Марат хочет общаться со мной исключительно по рабочим вопросам, я вполне способна поддержать эту замечательную инициативу.

В конце концов, я пришла сюда работать, а не искать мужчину мечты. То, что мужчина мечты совершенно случайно оказался моим начальником, — обстоятельство неприятное, но не критическое. Люди переживают увольнения, переезды и даже ремонт в ванной. Неужели я не переживу одну неудачную ночь?

При этой мысли я едва не смеюсь.

Одну неудачную ночь?

Алина, дорогая, ты ведь прекрасно помнишь, что ночь была совсем не неудачной. В этом-то и заключается основная проблема.

Я заставляю себя вернуться к таблице.

До обеда всё идёт почти идеально. Я проверяю расчёты, отвечаю на письма, согласовываю документы с соседним отделом и даже успеваю помочь коллеге разобраться с ошибкой в отчёте. К полудню у меня появляется приятное ощущение, что жизнь постепенно возвращается в привычное русло.

А потом в отдел заходит Марат.

Я замечаю его боковым зрением, но не поднимаю головы. Он разговаривает с руководителем отдела, уточняет какие-то детали по контракту, просит прислать ему обновлённые данные. Голос спокойный, деловой. Ни единого намёка на то, что вчера мы стояли вдвоём в лифте и я ушла домой с ощущением, будто между нами выросла невидимая стена.

Когда Марат подходит к моему столу, я уже успеваю подготовить безупречно нейтральное выражение лица.

— Алина, у тебя есть минутка?

— Конечно, Марат Рашидович.

Я поворачиваюсь к нему.

Он смотрит на меня несколько секунд, словно пытается понять, почему я вдруг стала такой официальной.