Книга Служанка слепого генерала, страница 160 – Екатерина Белова

Я бы и посмеялась, но теперь, когда мой маленький девичий секрет был раскрыт, было не до смеха.

— Это очень глупо с вашей стороны, — сказала холодно. — Невозможно представить, сколько грязных домыслов родится из вашего поступка.

Айден даже не пошевелился, только изогнул темную бровь полумесяцем.

— Уверяю вас, прекрасная вейра из Арха, это очень даже возможно. Вас уже называют моей любовницей, содержанкой и разлучницей. Вы настоящее чудовище, Байриша.

Он сказал это без тени иронии.

Я закрыла глаза.

Зашибись. Жесткий карьерный взлет от италикийской ведьмы до плахи. Всегда мечтала.

Возможно, Айден ждал каких-то ответных эмоций, но на меня словно наложили заклятие молчания и ступора. Я не стала спрашивать, зачем он это делает. Ответ был очевиден.

Он это делает, потому что ему так хочется.

Мое молчание Айдену не понравилось. В холодных глазах блеснула молния.

— Но они называют вас так только про себя, — сказал он очень нежно. — Ни один язык не посмеет пойти против моей воли, а иначе его очень быстро укоротят.

В последнем я не сомневалась. Вот я, например, даже рта открыть не успела, как он от меня избавился. Власть превыше любви.

— Знаешь, чем я занимался последние двое суток, умненькая вейра Арха?

Айден наконец встал. Рывком придвинул кресло. Сел и откинулся назад, уголок его рта дрогнул в намеке на полуулыбку. То самое теплое и полузабытое выражение, которое не имело никакого права жить в императоре.

— Вспоминал. Однажды ты спросила у церемониймейстера, не кусается ли дракон, обвивающий трон, а ещё ты попросила у дворцового хранителя библиотеки справочник зелий с картинками. Он, к слову, собирается в отставку. Ты, должно быть, отлично провела время, ухахатываясь над идиотами, которых обвела вокруг своего красивого пальчика. Тебе было весело, вейра?

Мне было нормально.

Или драконы считают, что «нормально» — это когда им хорошо, а мне плохо?

— И я поверил, — он вдруг неожиданно резко наклонился вперед, и я не отшатнулась только потому, что и так лежала в постели.

Если бы я могла встать, то отступала бы до тех пор, пока не оказалась бы по ту сторону двери. Могла бы — я бы и амбарный замок навесила на эту самую дверь.

Сердце сжалось и судорожно заколотилось в груди.

— Мне дан редкий дар чувствовать истинные намерения, но ты обманула и меня, — в голосе Айдена на мгновение проступила тень истинных чувств — тонкая трещина темной злости, старательно замаскированная под самоиронию. — Две недели подряд я воображал тебя очаровательной катастрофой и оберегал Глен. А ты в это время держала в голове всю академию с ее пыльными талмудами и секретными секциями и, подозреваю, посмеивалась над крылатыми идиотами.

— Не посмеивалась, — сказала искренне и немного устало. — Во мне нет ни капли юмора. Спросите кого угодно, я даже шутить не умею.

Я говорила чистую правду, но Айден был слишком зол, чтобы услышать меня.

Золотое сияние на миг в нем погасло. Так гаснет окно, когда нетерпеливая хозяйка задувает свечи. На секунду в этом мужчине, полном сказочной красоты, проступил император. Высшее существо, стоящее над. Тень отца-дракона, взявшая на себя присущие ему компетенции и полномочия. Нечто.

И если Кая я любила, то жутковатое и властное существо, запертое в его безупречном теле, меня пугало.