Книга Служанка слепого генерала, страница 250 – Екатерина Белова

Да… Действительно. Если бы Ланд был совершенно обычным Ландом, первое, что он сделал бы, когда мы вышли за ворота замка, — рассказал мне о монастыре. Но он позволил мне думать о предательстве. Не просто позволил — вложил эту мысль мне в голову, пользуясь моим же страхом.

Воистину — знаток человеческих душ. Айдену будет нелегко закрыть эту брешь в своём окружении.

— Это он рассказал Абелю про огнецветы? — вырвалось у меня.

— Про слабость Фалашей перед огнецветами знают многие, — Айден пожал плечами. — Конечно, Абелю о них рассказал Ланд, но… Об этом знали и Фанцель, и Ферхе, и Глен, которому могли рассказать Вархи.

Вархи…

Я мало что слышала о них с тех пор. Знала только, что глава клана был низложен и заперт в родовом гнезде Вархов. Клан перешёл его брату по матери, а старшие сыновья приняли на себя воинскую обязанность и сейчас защищали Вальтарту со стороны запада, где активизировались тёмные источники.

Мы никогда не обсуждали это вслух, но я понимала, что Айден сделал это ради меня. У меня не было сил находиться с ними на одной территории. Одна только мысль, что я снова увижу их лица, возвращала меня в тот страшный, липкий вечер, оставшийся в памяти комком тошнотворной слизи.

— Не отталкивай меня, Бише, — тёплый шёпот наполнил темноту. — Пожалуйста.

Айден неслышно сдвинулся в мою сторону. Я механически отступила.

Моя броня пала, и я вдруг поняла, что всё это время цеплялась за последние недомолвки, как за последний щит. Стекло, автоматически выставленное между мной и Айденом, не защищало меня от боли. Оно защищало меня от правды.

Став драконом физически, на эмоциональном уровне я всё ещё оставалась человеком. Я уступала в силе и глубине той мучительной драконьей любви, которая жила в сердце Айдена. Иногда это пугало, иногда — сегодня — защищало. Я боялась неизбежного дня, когда мои чувства достигнут той же болезненной бездны.

И здесь, в темноте, они, наконец, захватили меня. Только в эту короткую секунду, между человеком и драконом, я осознавала, как дорого платит последний за истинность. Кровью, смертью, вечным страхом потери. Осознавала, что миг спустя я окончательно шагну по ту сторону человеческой сути и эта мысль померкнет. Захлебнётся и, наконец, утонет в бурной реке моих чувств.

Один короткий миг мне было страшно и… хорошо.

— Ты поэтому так часто разговариваешь с Гленом? — Айден шагнул вплотную, запечатывая меня между стеной и собственным горящим взглядом.

Хорошо?

Нет, совсем не хорошо.

Я обдумала претензию, но абсолютно её не поняла. Нет, конечно, все слова по отдельности были мне ясны, но суть всё равно ускользала. За последний месяц я сказала Глену от силы два десятка слов, большинство которых звучали, как «доброго рассвета» или «была рада тебя увидеть».

— С ним тебе проще, чем со мной, поэтому? — Айден дёрнул меня на себя, сжав с такой силой, что косточки сладко заныли от приятной фиксированной хватки.

Вообще-то, проще и легче мне было как раз с Айденом — в процессе ядовитых прений мы изучили друг друга до такой степени, что он понимал меня с полуслова, а иногда и с полувзгляда. Я, разумеется, платила ему полной взаимностью. Почему мне должно быть легче с Гленом, я абсолютно не понимала. Глен и с четвёртой-то попытки меня не мог понять — он немного подтормаживал в финансах.