Книга Служанка слепого генерала, страница 95 – Екатерина Белова

— И кто же организовал нападение? Мне интересны твои мысли.

Разговор сворачивал в сторону политики, которая меня вообще не интересовала. Да и сам разговор стал неинтересен, но я послушно ответила:

— Драконы. Вы сами сказали, что вас сбил в небе дракон. Может, он прятался в поле… Человеческие маги не умеют левитировать, их дары всегда предметны и осязаемы. Они могут поменять местами бокалы или опрокинуть их, но они не могут поменять структуру воды в бокале. Или могут управлять частью природы. Натравить волков или проткнуть противника ветвями дерева, но при этом они не могут управлять любыми животными и любыми деревьями. У них есть ограничения. Или они могут формировать огненные шары, подобно драконам, но этот огонь — порождение их энергии, и эта энергия конечна, поэтому огневики используют энергетические зелья или артефакты, работающие на выносливость.

Эта информация находилась в свободном доступе, и ничего нового я не сказала, но Айден явно удивился.

— Ты довольно много знаешь о человеческих магах, — сказал он. — Но мои сопровождающие были слабыми магами, ни среди них, ни в поле не было ни одного дракона. Я не спутаю ауру себеподобного ни с одним другим существом.

Я равнодушно задумалась. Теперь это была чисто математическая задачка. Нисто Таш называл Айдена своим братом, но…

— Вы имеете право на престол?

Кай хмыкнул.

— Формально. У Нисто нет детей. После его смерти императором стану я. Впрочем, теперь неважно. Драконы не потерпят слепца на троне. Если я подтвержу свое право, они меня примут, соблюдая традиции, но начнутся раздоры, драконы будут изыскивать способы снять с меня корону.

Что же это за такие традиции?

Айден замер, и я не сразу поняла, что сказала это вслух.

— Таково право самого сильного дракона. Любой может предъявить право на трон и получить его, выиграв бой у каждого, кто вызовет тебя. Будь он хоть ифритом. Но получить трон и удержать его — не одно и то же. Я калека, и отныне мой удел — служить.

Его голос звучал ровно. Это было ещё не смирение, но почти пугающий расчет. Объективность. Тот уровень самосознания, когда человек ставит себя на доску одной из фигур, чтобы оценить перспективы.

Страшное качество.

— Тогда… кто эти Гранаты? — уточнила без особого интереса.

Я окончательно расслабилась.

Безразличие накатывало волнами. Отныне и до могилы мне суждено ходить со знаком смертницы на шее, шипеть, как змея, и лгать, как метеорологические сводки. Бороться за каждый новый вдох. Есть ли на этой чужой земле уголок для меня?

Да и плевать. Я слишком далеко зашла.

Я расслабила спину, с удовольствием откинувшись Василиску на руку, а после перекинула ему через колено и вторую ногу. Зачем терпеть неудобство, если его можно не терпеть?

Мой личный Кай тихо зарычал, сжав лапой плечо. Но несильно. Предупреждающе. Вероятно, ему в голову была вмонтирована функция рыцаря, который не может обидеть барышню, даже если она не принцесса.

И как я сразу не поняла?

Не поняла, потому что думала о нем как о красивом мужике, от которого сердечко закорачивает. А надо было думать как о персонаже из красивой сказки. Видит око, да зуб неймет. В него можно влюбиться, о нем можно мечтать. Он безопасен, потому что никогда не сойдет со страниц чужой истории.

— Не наглей, девочка, — выдохнул он мне в лицо.