Книга Священный город бога-предателя, страница 188 – Лия Арден

Когда Афшан понял, Керуш уже сократил расстояние. Когда мареш открыл рот, чтобы закричать, тот вынул свой меч и замахнулся. Мощный удар пробил Адиму полшеи и позвоночник. Афшана издал сдавленный хрип. Замах был недостаточным для того, чтобы полностью отрубить голову, оттого увиденное вызывало ещё больше ужаса.

Адим рухнул на пол. Афшана затрясло от ярости, глаза жгло. Ему хотелось спалить весь дворец вместе с Керушем, Ойшей и всеми, кто им помогал. В его доме за один день произошло столько жестокости, что он сомневался, осталось ли в нём хоть что-то, что стоило спасать.

Повисла оглушающая тишина, все присутствующие боялись шелохнуться. Афшан с криком рванул к Керушу, ударил в челюсть, из-за чего тот отступил, пошатнувшись. Плечом Афшан хотел сбить его с ног, но сил не хватило, и Керуш опрокинул мареша на пол. Боль пронзила всё тело, Афшан сдавленно захрипел. Перевязка на талии пропиталась кровью. Несколько рук схватили его, подняли, оттащили подальше от Керуша, который сплюнул скопившуюся во рту кровь. Меч на Афшана он не поднял, одарив мареша разочарованным взглядом.

— Я послал отряд в погоню за твоей сарешей и гонца в Хетру, – донёсся до него голос Керуша, пока Афшан не мог оторвать глаз от мёртвого тела Адима. Одного из немногих, кому он мог доверять. У него ведь осталась невеста, он был так счастлив. – Даже если Найра и Саир окажутся достаточно умны, чтобы скрыться, гонец наверняка прибудет в Хетру раньше, чем беглецы.

— Какой гонец? – бездумно переспросил Афшан.

— С посланием нашему двухтысячному войску. Я приказал убить Малека Азура, его сестру и брата.

10 лет назад

АФШАН

Боль в боку казалась невыносимой, в горле пересохло и саднило, зрение размывалось пеленой. Однако желание разрыдаться Афшан подавил, упрямее сжал зубы и заторопился дальше. Он сомневался, правильно ли прижёг рану, не зная, как долго надо было прижимать раскалённый металл. Дольше он бы всё равно не выдержал – и так едва не отключился от боли. Афшан с самого начала не хотел этого делать, но рана продолжала кровоточить, а сильная потеря крови убьёт его быстрее, чем жрицы и семья Азура.

После прижигания Афшан весь дрожал, тело покрылось капельками холодного пота. Его лихорадило, а глаза жгло от слёз. Он часто моргал, чтобы сохранить хоть малую способность различать лица и всё вокруг.

Юноша был напуган, разум в ужасе, мысли метались в попытках придумать, как выбраться из дворца и вернуться домой в Фарсиду. Но каждый план отметался на полпути, недодуманный, неудачный заранее. Сознание Афшана уже плыло и пыталось унестись куда-то вдаль, но физическая боль накрепко приковала его к телу.

Афшан юркнул в нишу за висящим гобеленом и задержал дыхание, дожидаясь, пока топот стихнет. Когда шум стал неразличим, он выбрался и побежал в противоположную сторону. За полтора года он неплохо изучил дворец Хетры, как и сам город. Он делал это из чистого любопытства и от скуки однообразных дней. Афшан не думал, что ему придётся бежать, не предполагал, что останется один. Он сомневался, что всех его фарсидских телохранителей успели убить, но не знал, где их искать. Начальник его стражи остался, чтобы задержать жриц и храмовых охранников, приказав марешу добраться до конюшен или любым способом выбраться в город и скрыться там, но Афшан поддался панике и заплутал, попав в ту часть дворца, куда никогда раньше не ходил.