Книга Священный город бога-предателя, страница 2 – Лия Арден

— Как пожелаете, – наконец выдавила жрица, склоняя голову – недостаточно почтительно, но её готовность отступить уже радовала.

Найра оторвала взгляд от брата, чтобы обернуться к женщинам. Жриц было всего трое. Они походили друг на друга одинаковым равнодушно-безучастным выражением лица: ни тревоги, ни недовольства или какой-либо радости. Все трое были одеты сдержанно, в некрашеный хлопок, но на платьях и накидках не нашлось ни единой складки, что только добавляло им строгости. В своём храме жрицы ходили исключительно босиком, но, направляясь в город, всё-таки надевали сандалии. В отличие от иных женщин священного города Хетры, свои волосы они стригли коротко, выражая тем самым отказ от привычной жизни и своей красоты.

С Малеком говорила самая старшая. Кожа на её лице уже познала первые морщины, но чёрные волосы ещё не тронула седина. Две молодые помощницы неподвижными тенями стояли плечом к плечу и помалкивали, хотя, в отличие от слуг, при виде его величества глаз стыдливо не опускали, смотрели прямо перед собой, будто царя не видели вовсе.

— Раз мы прибыли раньше, чем вы желали, то ограничимся меткой, – добавила старшая жрица, прежде чем Малек открыл рот и приказал страже выпроводить гостей.

— Никакой метки! – отрезала Найра, когда брат задумался над предложением.

Она, как дура, продолжала надеяться, что это не более чем розыгрыш.

— Найра, их просьба справедлива, – снисходительно ответил Малек, словно она капризный ребёнок. – Делайте, раз нужно. – Он кивнул жрице.

Не успела Найра осознать, как её снова окружили. Сареша судорожно вдохнула, возмущённая спокойствием брата и тем, как легко он её продал. Закружилась голова от нереальности происходящего, тело обмякло, поэтому попытки выдернуть руку из хватки двух прислужниц вышли вялыми, а сами молоденькие жрицы оказались удивительно сильными. Они обнажили левое предплечье сареши, впиваясь в кожу пальцами.

— Хватит, – строгим голосом велела Найра, пытаясь оставаться хладнокровной. Истерика ниже её достоинства: в конце концов, она их сареша. Как смеют они так с ней обращаться? – Даже не думайте, что имеете право.

Старшая из жриц проигнорировала предупреждение, вытаскивая что-то из потайного кармана.

— Вы так и собираетесь стоять столбами?! – прикрикнула Найра на двух стражей поблизости.

Оба переводили нервные взгляды с неё на жриц и обратно, не зная, что делать. Найра шумно втянула носом воздух, с недовольством осознав, что их страх перед жрицами сильнее, чем перед её гневом.

— Ваше величество, – заговорил один из охранников, обращаясь к её брату, – может…

— Помолчи, – оборвал Малек, пресекая любые попытки остановить этот фарс.

Он даже не посмотрел в сторону сестры, занятый наливанием вина в кубок.

— Это быстро, сареша, – заверила старшая жрица, вырисовывая незамысловатый символ на её предплечье, ближе к сгибу локтя.

Найра вздрогнула от прикосновения влажной кисти к коже и прекратила вырываться. Процесс и сам факт метки всё ещё раздражали, но на вид краска походила на обычную хну. Как только треклятые жрицы уйдут, она мочалками и щётками сотрёт этот позор.

А если даже останется слабый след, то через неделю пропадёт сам.

Жрица действовала быстро и безошибочно, явно проделав подобное уже десятки раз. Её лицо оставалось спокойным, поэтому Найра была абсолютно не готова к боли, когда жрица посыпала выведенный рисунок каким-то тёмным песком. Отметина начала жечь кожу, и Найра зашипела проклятия, с удвоенной силой вырвав руку из чужой хватки. Она отшатнулась, напуганная появляющимися ожогами на месте рисунка. Слуги загалдели, но никто не сдвинулся, чтобы ей помочь.