Книга Дикарка для Альфы, страница 104 – Рая Вельс

— Значит, Андреевский связался с вами уже после гибели семьи, — медленно произнёс Аркадий. — И говорил о мести.

— Да. Но Андрей был не в себе. Я слышал это по голосу. И если он действительно похитил девочку, значит, сделал это сам или нашёл кого-то другого.

В комнате вновь повисло молчание. Аркадий медленно поднялся со стула, продолжая смотреть на Самойлова.

— Он сказал, кого считал виновным в смерти жены и дочери?

— Нет.

— Странно.

— Что именно?

— Человек звонит старому боевому товарищу, говорит о мести, о том, что кто-то заплатит ему той же монетой... и ни словом не упоминает, кому именно собирается предъявить счёт?

— Вы мне не верите? — Самойлов посмотрел снизу вверх на внушительную фигуру Аркадия.

— Я верю фактам, которые мне ещё предстоит перепроверить, — ответил Покровский. — Ваши контакты с Андреевским — единственная нить, которая у меня осталась. И пока я не удостоверюсь, что вы рассказали всё до последнего слова, вы никуда не уйдёте.

Аркадий Вольфович собрал фотографии со стола и вернул их в конверт. Несколько секунд в комнате слышался лишь тихий шелест бумаги.

— Вы останетесь здесь, Виктор Николаевич, — ровным тоном произнёс Покровский, надевая кожаные перчатки. — На некоторое время. Мои люди обеспечат вас всем необходимым.

Аркадий развернулся и тяжёлым шагом направился к выходу. Металлическая дверь отворилась и тут же закрылась за его спиной с глухим стуком, вновь погружая подвальное помещение в звенящую тишину.

В коридоре Покровского ждал его личный помощник.

— Альфа, — коротко поклонился тот. — Какие будут указания?

Аркадий остановился в тусклом свете коридорных ламп.

— Самойлова не выпускать, но обращаться уважительно. Поднимите все архивные сводки семнадцатилетней давности. Меня интересуют все, с кем Андреевский контактировал после гибели семьи. Если он действительно искал помощи, я хочу знать у кого. И отдельно поднимите всё, что связано с самой трагедией. Свидетелей, экспертизы, старые протоколы. Всё.

— Сделаем, Аркадий Вольфович.

— И подготовить мне всю информацию по южным кордонам, — добавил Покровский, шаг за шагом приближаясь к выходу. — Мы доберёмся до правды, чего бы это ни стоило.

Проблеск тепла и затаившийся зверь

Февраль на Южных землях в этом году выдался капризным. Дни тянулись один за другим, не похожие друг на друга: то лесной массив засыпало колючим, тяжёлым снегом, то с юга прилетал влажный ветер, приносящий запах оттаявшей хвои и скорой весны.

Для Дамира эти дни превратились в бесконечный, изматывающий марш. На его землях с каждым днём становилось всё беспокойнее. Дикие, точно почувствовав приближение каких-то крупных событий, снова и снова совершали дерзкие вылазки, провоцируя патрули. Молодой Альфа практически не спал: он мотался между далёкими кордонами, организовывал зачистки, держал связь с приграничными отрядами и принимал жёсткие решения, не оставлявшие места для усталости.

Но каждый вечер, где бы он ни находился и как бы сильно ни гудели мышцы от перенапряжения, Дамир неизменно возвращался на берег замёрзшего озера.

Маленький бревенчатый домик, когда-то принадлежавший его матери, стал для него и Неи не просто укрытием. Он превратился в их собственную тихую гавань — единственное место на всей огромной территории клана, куда не проникали тревожные вести, шум стаи и тяжесть человеческих грехов.