Книга Дикарка для Альфы, страница 44 – Рая Вельс

Старик не перебивал. Он смотрел на неё с безграничной, глубокой отцовской печалью, а затем тихо, но так весомо, что каждое слово отозвалось вибрацией в её костях, произнёс.

— Зверь, что бежал этой ночью по лесу, Нея. Белая волчица, плакавшая на луну от чужого предательства, — это была ты. Твоя истинная, урождённая натура, которую ты носила в себе с самого рождения.

Эти слова пробили её защиту, как молния.

Нея замерла. Воздух с шумом вырвался из её груди, а из глаз, не удержавшись, брызнули слезы — от ужаса, и от той сокрушительной, обнажённой правды, которая наконец заняла своё место. Вся её прошлая жизнь, всё чувство чужеродности среди людей, тоска и непонятная сила внутри — всё мгновенно сложилось в единый пазл.

Она действительно волчица.

— Вы... вы всё видели? — едва слышно прошептала она, ловя его взгляд, как единственную спасительную соломинку в рушащемся привычном мире.

Старик лишь добродушно и тепло улыбнулся, накрывая её дрожащую руку своей широкой, шершавой ладонью.

— Я видел белую волчицу с глазами, полными чистой души. И видел человека, которому предстоит пройти через долгие испытания, чтобы найти свой настоящий дом. Не бойся себя, дитя. Лес принял тебя. Теперь дело за тобой — принять то, кем ты являешься на самом деле.

Нея прижала кружку к груди, впитывая его слова. Страх всё ещё присутствовал внутри, фоновой болью отзываясь на каждое слово, но поверх него разгорался тихий, упрямый огонёк понимания: назад, в привычный серый мир с его холодными стенами приюта, для неё дороги больше нет.

След на юге

Кабинет Аркадия Вольфовича не терпел лишних вещей. Здесь всё было подчинено строгому порядку: тёмные дубовые панели на стенах, массивный стол из чёрного ореха и панорамные окна, за которыми бесконечным морем тянулся хвойный лес. Ни одной случайной детали, ни одной безделушки. Каждый предмет находился на своём месте и служил конкретной цели.

И сам хозяин кабинета был выкроен из того же материала.

— Надеюсь, ты пришёл с хорошими вестями, Виктор, — произнёс Аркадий, даже не поднимая взгляд от разложенных перед ним документов.

Его голос звучал низко, ровно и до ужаса безразлично. Именно эта спокойная отстранённость и пугала больше всего. Никакого гнева, никаких громких угроз — просто тон человека, который привык, что весь мир вращается вокруг его воли.

Виктор стоял у стола уже несколько минут, изо всех сил пытаясь сохранить внешнее спокойствие. Страх просачивался сквозь его выдержку медленно, капля за каплей. Он понимал, что его прямой вины в провале нет — он был лишь гонцом, принёсшим дурные вести. Но в этом кабинете границы между виновным и тем, кто сообщил плохую новость, стирались слишком быстро.

— След оборвался на границах Южного клана, мой Альфа, — Виктор постарался выговорить слова максимально твёрдо, хотя горло сжимала судорога. — Соседи на контакт не идут. Все попытки завязать диалог рушатся в самом начале. Старый Савченко совсем отошёл от дел и передал управление внуку. А тот наглухо закрыл территории. Он помешан на чистоте крови, считает свой клан безупречным и не собирается пускать чужаков на свои земли.

Аркадий медленно перевернул страницу. Бумага едва заметно хрустнула под его пальцами. Обычный человек не придал бы этому звуку значения, но Виктор слишком хорошо знал своего вожака. Этот едва уловимый хруст означал лишь одно: Альфа в ярости.