Книга Третий. Том 7, страница 28 – INDIGO

С Маниром и его компанией история развивалась похожим образом. После того как Манир решил подставить меня, полиция, естественно, проверила всех в интернате и вышла на него. Вероятно, тот же информатор в полиции, который слил им информацию о караване, предупредил главных у Манира, что их раскрыли и теперь их ищет полиция. После чего Манира и компанию прикопали в песках. Таким образом, они прикрыли следы, не позволив полиции выйти на остальных участников нападения и не требовалось делить награбленное ни с кем из засветившихся подростков.

Вот почему Мидланд не забывает обо мне. Они по-прежнему охотятся за артефактами, вот почему они меня подселили в камеру именно к профессору. Это была хорошо спланированная операция. Ведь меня в эту камеру поселил старший надзиратель Ориго, и летели мы вместе с профессором наверняка не просто так. Ориго сам признал на допросе, что работает на корпорацию, работает за деньги. Они явно рассчитывали, что мы с профессором обменяемся информацией об артефактах. Они надеялись, что я расскажу профессору о нападении, о том, куда спрятали груз. А в ответ они надеялись, что он расскажет мне о бункере. А потом они смогли бы использовать эту информацию. Но судьба распорядилась иначе, имперская закупочная компания выкупила меня отсюда. И тогда Мидланд решил перехватить меня у них и организовал нападение, и здесь тоже, похоже, не обошлось без Ориго, наверняка именно он сообщил им, о том, когда меня забрали отсюда и на чём везут.

Прошло несколько дней. В один вечер, когда я лежал на койке и смотрел на потолок, охранник пришёл в камеру вместе с новым заключённым. Это был молодой парень с выбритой головой и множеством шрамов, проходящих по обеим рукам, явные следы порезов. Представился он как Кевин, сказал, что сидит за мелкое мошенничество, что был причастен к краже в одном из магазинов города.

Он много говорил, рассказывал забавные истории о своей жизни и настойчиво пытался со мной подружиться. Но что-то меня в его поведении настораживало. Его улыбка казалась фальшивой, его интерес ко мне — слишком явным. Я видел в его глазах интеллект, хладнокровие и расчёт.

Вечером, когда мы остались одни, Кевин произнёс с наигранной небрежностью, облокотившись на полку:

— Слышал, ты тот самый Варгос. За которого миллион кредов предлагают.

— Слышал правильно, — ответил я ему тоном, не терпящим продолжения разговора.

— А не боишься? Тут многие готовы на всё ради таких денег.

— А ты решил рискнуть? — холодно спросил в ответ, бросая ему вызов.

Кевин усмехнулся, но его улыбка выглядела фальшивой, наигранной:

— Знаешь, а может быть, стоило бы подумать о побеге? У меня есть кое-какие связи снаружи. Я знаю разумных, которые помогли бы. За определённую цену, конечно.

— Мне и здесь нравится, — резко оборвал его. — Здесь я в безопасности и не мешай мне спать.

Но сна не было. Координаты, которые назвал мне умирающий профессор, крутились в голове, как назойливая мелодия, которую невозможно забыть. Бункер древних. Артефакты. Мне хватало своих проблем и ошибок, и чужие тайны не должны были меня волновать. Не просил я эту информацию. Она упала на меня как проклятие, но я понимал, что я сам того не желая, уже увяз во всём этом по самые уши.

Однако в тот же вечер мне сообщили через охранника, что завтра у меня назначена встреча с адвокатом — по видеосвязи. Мэй. Я всегда был рад услышать о встречах с ней. Она была грамотной, принципиальной и не поддавалась давлению со стороны корпорации.