Книга Третий. Том 7, страница 85 – INDIGO

Вот здесь скрывался главный вопрос. Отпуск с ними сам договорился, подкупив охрану или это инициатива корпорации?

Потом последовал взрыв. И запись обрывается. Камера выходит из строя.

Сработавший заряд в тоннеле, это его заряд. Хард сам лично выбирал место закладки. Лично установил его совсем недавно.

Хард про себя ругал искина и себя, ведь это была инициатива искина, а он согласился с ней. Ведь он был уверен, в том, что там снова вновь появятся очередные наёмники. Очередная партия отребья, которое можно списать без следа, похоронить и забыть, словно этих разумных никогда не было. А подорвался спецназ. Мидландовский спецназ. Хорошо, что сделал сам, а не кому-то поручил. Он быстро нашёл запись с камер, где он отправляется в этот тоннель и устанавливает там заряды, после чего тщательно всё удалил. Служба безопасности корпорации, несомненно, проверит всё, но нарыть на него ничего не смогут. Хотя кто знает, может у них есть свой архив записей.

Раз заряд сдетонировал, значит, кто-то прошёл по тоннелю. А значит, Харду нужно было быстро придумать, кто. Запись с камеры подтверждала появление в тоннелях незваных гостей. Тоннели после нападения наёмников никто толком не проверял, не до того было. Ремонтные бригады по-быстрому завалили проделанные наёмниками дыры на поверхности, ведущие в тоннели. Охрана колонии набирала новых охранников вместо погибших и латала периметр, а подземные ходы остались без присмотра, и этим, видимо, кто-то воспользовался. Сослаться Хард всегда мог на то, что заряд оставили наёмники, отступавшие как раз по тоннелям. Версия простая, складная, проверить её и объяснить, кто установил заряд, будет несложно. Да и никто это, проверять не станет.

Куда сложнее было другое.

Харду нужно было понять, что расскажут охранники. Те, что сопровождали Отпуска.

Вот тут и крылась главная загадка всего дела. Если он не врёт, а проверить это можно было только одним способом, получалось, что охранников подкупили. И подкупил их, судя по всему, Мидланд, а не Отпуск. Тот убеждал его, что у него нет ни креда. Эта мысль совсем не понравилась ему. Нет, он, конечно, прекрасно понимал, что все заключённые проходили через полицию и наверняка часть из них были завербованы корпорацией для каких-то своих целей. Но сейчас стало понятно, что корпорация дотянулась своими щупальцами не только до заключённых, но и до его охраны, значит, ставки куда выше, чем Хард предполагал.

Значит, мне нужны их показания, — решил Хард, поднимаясь из кресла и чувствуя, как затёкшая спина отзывается тупой болью. — И эти показания нужны немедленно.

Хард вышел из кабинета и направился к медицинскому отсеку, провёл картой по считывателю и зашёл внутрь.

Медик, колдовавший над капсулой, повернулся к Харду, едва заслышав шаги. Хард отметил, что халат у него измят, а руки чуть подрагивают. Медик работал слишком долго без отдыха.

— Ну, как у тебя дела? — спросил Хард, сразу как медик посмотрел на него, и в его голосе слышалось напряжение спешки и срочности.

— Знаешь, этот Отпуск чертовски живучий, — медик покачал головой, и в его голосе Харду послышалось что-то похожее на невольное уважение, смешанное с раздражением профессионала, которому испортили всю статистику. — Другой бы на ноги встать не мог после полученных повреждений, а этот сам ходил. Своими ногами дошёл, представляешь? Я, когда его привели, думал там без вариантов, придётся собирать заново, как этих двоих. А он ещё и огрызался, когда я пытался его осмотреть. Пришлось вколоть ему, чтобы успокоился.