Книга Третий. Том 2, страница 103 – INDIGO

— Может, быстро проверят.

— Ты сам в это не веришь. Пока проверят, куда они пошли или поехали. Потом будут проверять, куда мы ездили. Я сразу почувствовал, что неспроста он меня стал про маршрут расспрашивать. Потом будут проверять возможные пересечения маршрутов.

— Это точно затянется не на один день.

— Знаешь, а если с ними что-то произошло, полиция сильно постарается, чтобы это повесить на нас. Так что нас сейчас долго не выпустят из интерната. Связывайся как-то осторожно с адвокатом и отменяй всё. Только, думаю, твой планшет полиция тоже проверять будет.

— Точно. Я сейчас всё почищу.

— Давай.

Я уже заканчивал разминку в спортзале, когда он появился там.

— Не получится ничего отменить.

Я посмотрел на камеру и повернулся к ней спиной.

— Прямо чувствую, что придётся две бронированные двери интерната выносить твоей головой, по-другому никак.

— Завязывай с шуточками, ситуация у нас совсем не шуточная. Адвокат сказал, что договор начал действовать, и расторгнуть его можно, только выплатив неустойку и ему, и наёмникам.

— Веди себя естественно и улыбайся, здесь камеры, а то решат, что мы хотим сбежать и нас запрут не здесь, а в камере полиции.

— Не могу, что нам делать?

— Тогда иди к себе и подумай, а когда успокоишься, поговорим там, где нет камер.

* * *

Он ушёл, встретились мы с ним в душевой через два часа.

— Рассказывай, что там с контрактом?

— Адвокат сказал, что он вступил в силу и мы можем его расторгнуть, только выплатив неустойку. Неустойка состоит из полученного аванса и полной стоимости сделки.

— Это сколько?

— Вся сумма контракта двадцать пять тысяч. Пять тысяч тебе и двадцать мне, половину суммы я вчера получил авансом. Хорошо, что немного потратил. Оплатил только три тысячи за перешивку амуниции. Две тысячи она запросила за починку и переделку твоего бронекостюма и тысячу за подгонку моей амуниции.

— Проще говоря, нам нужно найти тридцать четыре тысячи пятьсот кредов, а у нас есть только девять тысяч пятьсот кредов.

— Немного меньше, я тысячу Трини сегодня заплатил. Она пристала, и я не знал, как отвязаться от неё.

— Тысяча для нас всё равно ничего не решает.

— Даже если мы сможем продать твой бронекостюм, нам ещё нужно найти где-то тридцать тысяч.

— Больше, я не выкупил его. Да и за твою амуницию придётся заплатить.

— Что нам делать?

— А что здесь сделаешь? Эти придурки не вернулись, кстати?

— Нет, я узнавал.

— Тогда точно придётся выносить входные двери твоей головой, другого варианта нет. Может, после этого в ней появятся мозги, которые не позволят тебе больше заключать подобные контракты.

— Я не думал, что так может получиться.

— Нам теперь по любому нужно ехать, иначе никак.

— Вот только как покинуть интернат?

— Попроси наёмников, чтобы по пути заскочили к нам и вынесли две бронированные двери. Вот только после этого далеко мы не уедем.

— Почему?

— Он ещё спрашивает. Да нас полиция сразу начнёт преследовать. Сбежали из-под домашнего ареста. Вот только наёмники ничего не будут делать.

— Почему?

— А это не их проблема. Их неустойка устроит, и потом мы будем долго и усиленно отрабатывать эти креды.

— Что делать тогда?

— А что ты можешь сделать, ты хакер или как?

— Я проверял входные двери. Они не автономны и полностью подчинены искину интерната.