Книга На границе империй #04, страница 23 – INDIGO

— Стоп, что значит поместили?

— Вырубили вначале чем-то.

— Записи есть?

— Конечно.

— Что дальше?

— В общем, после этого мне стало плохо, и я почти неделю пробыл в капсуле. В результате потерял память, у меня сбоит нейросеть, и я не могу ходить. Все разученные базы пропали, и я ничего не помню. Кроме того, я потерял пси, его больше нет.

— Они что, с ума сошли? Что они тебе такое ввели?

— Не знаю. Док не говорит, что это было. Скрывает всё, прикрываясь секретностью.

— Подожди, посмотрю твой контракт.

Он недолго молчал с отсутствующим взглядом.

— Знаешь, сложный вопрос. У тебя в контракте ничего не прописано про это. Значит, на усмотрение судьи.

— Посмотри лучше другое. Меня не сегодня, так завтра уволят. Они мне должны будут выплатить компенсацию хоть какую-нибудь за это?

— Почему ты так решил?

— Это очевидно. Кому я нужен в таком состоянии.

— Боюсь, ты неправильно оцениваешь ситуацию. Понимаешь, такие контракты, как у тебя, редко расторгаются по инициативе одной из сторон.

— Почему?

— Им придётся выплатить тебе приличную неустойку за расторжение контракта.

— Хочешь сказать, что они не будут его расторгать?

— Думаю, да.

— Ты мою зарплату видел?

— Видел, но это ничего не значит. Для них это копейки.

— Значит, мне придётся его разрывать?

— Ты решил его разрывать?

— Боюсь, у меня нет выхода.

— Тебе придётся выплатить им неустойку — шесть миллионов. Если из неё вычесть компенсацию тебе, то останется пять с небольшим миллионов. У тебя есть такие средства?

— Нет.

— Тогда о каком разрыве контракта может идти речь?

— Как тогда быть с тем, что они со мной сделали?

— Заплатят компенсацию, никуда не денутся. Кроме того, потребуем наказать виновных. Ты ведь не в ходе боевых действий получил эти травмы, а по прихоти начальства. Вот пускай отвечают за свои действия.

— Что со мной будет?

— Будут лечить. Никуда не денутся.

— Нейросеть? Базы?

— Нейросеть они тебе обязаны установить по контракту. Вышла из строя по их вине, значит пускай устанавливают другую. С базами всё сложней, но думаю, тоже решаемо.

— У меня базы устаревшие.

— Это не твои проблемы, а их. Пускай восстанавливают, как было.

— Кем я работать тогда буду?

— Не знаю. У тебя в контракте нет ничего о твоём месте работы.

— Значит, пошлют в абордажники и вперёд в первых рядах на штурм. Чтобы не платить мне такую зарплату.

— Всё возможно, но вряд ли. Тебе поздно переживать. Нужно было переживать до подписания контракта.

— Это точно. Пристрелят в первом бою, и все их проблемы со мной решатся.

— Всё верно, а твои креды получат твои родственники.

— У меня их нет.

— Значит, флотский приют на одной из планет.

— Ты знаешь, что ты циник?

— Знаю. Работа у меня такая, по-другому никак.

— Что будем делать?

— Думаю, стоит занять пока выжидательную позицию. Посмотрим, что они будут делать дальше. Исходя из этого и будем действовать.

— Тогда так и сделаем.

— Значит, переводи мне две тысячи кредов, скидывай все записи и все доказательства что у тебя есть по этому делу. Просмотрю и скажу, что может ещё понадобится. Пока извини, у меня судебное заседание.

Впрочем, в абордажники мне, наверное, не грозит. Я теперь могу до противника если только доползти и то с трудом, а если всё восстановят, то не будет необходимости отправлять. Какой шустрый парень этот юрист. Везде успевает. Почитал о нём в сети. Он считался одним из лучших юристов на станции. Отправил все записи, что у меня были, и оплатил, как он попросил. Значит, с этим разобрались, а вот что мне было делать с медиками было не понятно. Моё доверие к Доку пропало после все этого. Я понимал, что все делают ошибки, но почему я должен расплачиваться за них? Кроме того, он зависим от СБ, и я решил, что больше не лягу к нему в капсулу.