Книга На границе империй #10-1, страница 84 – INDIGO

— Не понял, ты о чём?

— Смотрю, ты почти не пострадал, сразу видно, подготовка у тебя отличная.

— Почти? А должен был?

— Ну у кого как.

— Не понял сейчас ничего.

— А что непонятного? Всем по-разному от неё достаётся. У некоторых бывает так, что вся физиономия располосована.

— Вот ты о чём. Значит, про эту подставу с феном все знали?

— Конечно. Все техники мужского пола через неё прошли. Женщины её не интересуют. У вас это вроде крещения. Сейчас ты принят в наш дружный коллектив.

— А почему ты мне раньше ничего про это не говорила?

— А ты не спрашивал.

— Это что нормально, вот так обращаться с техниками?

— А ты на неё жалобу напиши.

— На что?

— Ну как, избила, изнасиловала.

— Как я понимаю, уже писали.

— Конечно. Командование флотом в курсе и закрывает глаза на её маленькие слабости.

— Это сейчас так называется?

— Именно так.

— Оригинально.

— Так что жалобу писать будешь? — спросил подошедший Ридо.

— Так, не на что писать. Думаешь, я с женщиной не справлюсь?

— Ты что её вырубил?

— Нет, я просто сбежал.

— Ты смотри какой шустрый.

— Я не понял, а кто она такая и почему ей это позволяется командованием?

— Она руководит отделом финансового контроля флота, и эти мелкие слабости ей прощаются.

Дверь в раздевалку открылась, и все посмотрели туда, я тоже обернулся. Внутрь зашли трое сбш-ников. Уже знакомый мне капитан и двое с ним. За кем они сюда пожаловали, лично мне стало сразу понятно.

— Блез Абдулаиджи? — спросил капитан.

— Капитан, ты чего? Мы уже два раза встречались?

— Сдать оружие!

— Держи, — отдал ему бластер.

— Нож?

— Забирай, я сегодня добрый, — достал нож из ножен и отдал ему.

— Руки.

На меня надели наручники, и мы направились в СБ. Там меня завели сразу в допросную.

— Блез Абдулаиджи? — спросил капитан.

— Нет.

— Хватит паясничать!

— Капитан, мы не первый раз разговариваем, и ты прекрасно знаешь кто я. Что за глупые вопросы?

— По протоколу допроса я обязан задать данный вопрос.

— А я могу на него не отвечать?

— Можешь.

— Тогда не стану.

— На тебя поступила жалоба.

— Я даже знаю от кого. Хочешь, угадаю?

— Нет. Объясни мне лучше. Вот ты на станцию прилетел совсем недавно. Вот как так получается, что из всех прилетевших, ты побывал у нас больше всех за этот месяц?

— Э-э-э я даже не знаю, карма наверно плохая у меня.

— А по-моему ты решил нас завалить работой. Вот чего тебе тихо-мирно не работается? Зачем ты вчера попёрся вчера к ней в каюту?

— Так мне заявку старший техник дал?

— И что, ты не знал, куда идёшь?

— Нет, я только сегодня узнал.

— Ты не новичок на флоте и должен был прекрасно знать, что кого попало к командованию, не отправляют.

— Да я не знал кто она. Правда.

— Вся станция знает, а он нет. Абдулаиджи ты не пытайся выглядеть тупым, у тебя это не получается.

— Ну я же ничего не сделал. Работу выполнил, её не трогал, удрал из каюты. Какие, ко мне претензии?

— Лучше бы ты застрелился, проблем из-за тебя меньше было бы.

— По себе судишь капитан?

— Вот объясни мне теперь, откуда у тебя сто тысяч кредов, что ты поставил на себя перед поединком с Вараном?

— Заработал в полиции.

— Это точно не был твой официальный заработок. Откуда креды?

— Ставил на себя также в боях.

— Подтвердить документально можешь?

— Нет.

— Вот почему-то я так и думал. Одни проблемы из-за тебя Абдулаиджи. Посидишь теперь в камере и подумаешь. Хотя такой злой, я давно её не помню.