Книга На границе империй. Том 10. Часть 15, страница 18 – INDIGO

— Ненадолго, моя принцесса, — тихо ответил ей, чувствуя, как что-то сжимается в груди. — Обещаю: вернусь очень скоро.

— Обещаешь? — губы её задрожали.

— Обещаю.

Макс молчал, но чувствовал: он переживает не меньше сестры. Просто иначе. Сжался тихо, как умеют только дети, которые уже что-то понимают, но ещё не умеют перевести это в слова.

Мила подошла и осторожно забрала детей из рук. Лицо бледное, губы плотно сжаты. Она была из тех женщин, которые умеют держаться — не потому, что им не больно, а потому что решили так. Не плакала и ничего не говорила. Просто смотрела на меня долго, в упор, и в этом взгляде читалось всё сразу: страх, злость, отчаяние.

Она знала, что спорить бесполезно. Когда приказ отдаёт сам император — выбора нет. Просто знать и принимать — разные вещи, и разница между ними никогда не стирается.

— Вернись, — произнесла она и крепко обняла. Совсем тихо, почти одними губами. — Просто вернись.

Больше она ничего не добавила. Да и не нужно было.

— Вернусь, — пообещал ей.

Лера подошла следом, обняла крепко и на мгновение задержалась, так — не говоря ничего, просто держа. В объятии не было ни просьб, ни упрёков — только то, что не требует слов. Потом отпустила и едва слышно добавила:

— Береги себя. Мы тебя ждём.

— Знаю.

Багира молча кивнула. Взгляд — серьёзный, оценивающий. Профессионал смотрел на профессионала, без лишних слов, без лишних жестов. В этом кивке было всё необходимое: удачи, возвращайся, я прослежу за ними.

— Алекс, — окликнул меня вице-адмирал. Голос его был ровным, деловым — тон человека, у которого нет времени на паузы. — Нужно обсудить детали операции. Пошли на борт.

Кивнул и направился по трапу за ним следом, не оглядываясь — потому что знал: если обернусь, уйти будет в сто раз труднее.

И всё же — в последний момент, уже у самого трапа — не удержался. Обернулся.

Мила стояла там же, держа детей за руки. Алекса махала — быстро, изо всех сил, как машут только дети, когда очень хотят, чтобы их заметили. Макс не махал — просто смотрел. Серьёзно, по-взрослому, чуть исподлобья.

Этот взгляд я запомнил надолго.

Как только поднялся на борт, тесть закрыл за мной дверь и сразу обернулся:

— Ты уже подумал над тем, что возьмёшь с собой? — с ходу спросил он.

— Да, — ответил ему, хотя всё ещё обдумывая ответ. — Вряд ли пиратам нужны большие силы для захвата станции. Им смысла нет тащить туда много кораблей. Станция, насколько я понимаю, совсем небольшая?

— Алекс, это может оказаться ловушкой.

— Ловушкой на кого?

— На тебя, Алекс.

Покачал головой в ответ.

— Не думаю. Никто ведь не знает, что ты отправил меня. Да ещё с таким боем.

— Император знает, а там у тебя точно есть недоброжелатели.

— Это, конечно так, но всё слишком спонтанно для ловушки, — прошёлся вдоль борта, заглянул в иллюминатор, посмотрел, что происходит в ангаре. — К тому же наверняка даже император знал, что после взрыва меня едва откачали. Об этом, я уверен знают и мои враги. А кто-то из моих врагов мог узнать о том, что он меня отправляет сейчас туда? Раненого, после двух тяжёлых ранений? Это, конечно, может многое поменять в их планах, но слишком мало времени для этого.

— Смотри сам, как знаешь.

— Одним словом, я решил, возьму вот этот новый линкор — он сейчас флагман флота, — два рейдера и пару фрегатов.