Книга Видишь Суслика?, страница 84 – Фил Шрайбер

— А, Арахабаки! Мне послышалось «арахно-бака».

— Сам ты… бака. – обижено сказала Ласка.

— Видимо, так и есть, раз обидел такую милую девушку. – сказал Суслик и моментально удрал, не дожидаясь очередной перепалки между Пумой и Лаской.

Официант нахмурился, но поклонился и пригласил гостя следовать за ним. Всё это он сделал одним поклоном, в котором Кадзуо распознал целую бездну смыслов. Но предпочел не расстраивать Валентина.

В палатке, рядом с огромным котлом с рисом, сидел человек в маске. Он был тучным как суматори, и держал в руке гигантский черпак.

— Арахабаки слушает, – сказал официант за спиной Суслика.

— Ты – Арахабаки? – не понял он.

— Мы все – Арахабаки. – пояснил суматори.

— Да… Чем больше, тем лучше, пожалуй. Мне нужны бойцы, чтобы предотвратить покушение на Императора.

Первый взрыв хохота произошёл с сидящим у котла гигантом. Затем заржал официант. Потом смех донёсся оттуда, где вроде бы не должно быть людей вообще, и Суслик никого не увидел.

— Клан Аку поддержит тебя, Фудзивара-сан – прошептал ветер, когда безумный хохот замолк.

Утро встретило кадетов криками с плаца.

— Эй, лежебока, погляди как рушатся карьеры, – позвал Хомячок.

— Отстань, труба ещё не звала, – Суслик закрылся подушкой.

— Ты теперь не суслик, ты больше похож на медведя. На китайскую коалу. Да проснись же! – Хомячок оторвался от окна и стал расталкивать друга.

— Директор вопит, не каждый день такое увидишь!

Что ж, пожалуй, можно взглянуть.

А на плацу и в самом деле бегал директор и кричал на рабочих, учителей… Он наверняка наорал бы и на императора, если бы тот вдруг появился перед ним. Ночью был сильный ветер, и часть широких вертикальных лент с приветствиями, что повесили на торцы спортивного корпуса накануне, сорвало с креплений и изрядно измочалило. Зелёные газоны, подстриженные щипчиками для волос, оказались потрёпаны и занесены листьями, ветками и обрывками тех же лент. Естественно, это поставило психику директора на грань срыва – неделя подготовки коту под хвост!

«А из него вышел бы неплохой прапорщик», – мелькнула у Вала мысль.

Кипучая деятельность давала результаты – с криками и нервами, призывами к богам и какой-то матери, но пространство потихоньку приобретало приличный вид.

— Может, расскажем ему о заговоре? – предложил Суслик.

— Ты что?! А если он нам не поверит? Да нас же не возьмут встречать императора, ещё и в кладовке запрут как буйно помешанных. А если меня не будет в строю, то Пума меня убьёт, потом реанимирует и снова убьёт.

— Надо будет отметить! Это первый раз, когда Минамото Синдзи упускает возможность довести человека до истерики, переходящей в нервный срыв.

Хомяк засопел, и не придумал ничего лучше, как надуться на друга. Насупленный хомячок пошёл умываться и готовиться к завтраку.

Прибытие прямых родственников богини Аматерасу намечалось на двенадцать, и следующие шесть часов, с коротким перерывом на завтрак, кадеты провели за выглаживанием формы, чисткой ботинок и сдуванием пылинок с фуражек.

— Если долго всматриваться в бездну, то бездна начинает всматриваться в тебя, – заявил Хомячок, кидая измочаленную губку в мусорное ведро. – И я только что проверил это изречение со своими ботинками. Как же медленно тянется время!