Книга Кризис Ж, страница 113 – Евгения Батурина

Сначала Женя открыла балконную дверь и глубоко вздохнула:

— Хорошо! Холодно. Легким полезен кислород.

Потом она пошарила рукой где-то за стопками старых книг на стеллаже и вытащила оттуда коробок спичек и пачку сигарет. Что интересно – опять синий «Бонд», только предупреждал он не об импотенции, а о бесплодии. Женя ловко чиркнула спичкой, подожгла сигарету, затянулась с той же радостью, с какой затягивалась только что морозным воздухом, и спросила меня:

— Ты квартиру-то нашла?

Видимо, сестра Антонина и правда много обо мне рассказывает.

— Нет, – ответила я и неожиданно для себя закурила предложенную сигарету. – Но время есть.

— У меня, если что, есть риелтор. Она нашу орду прекрасно переселила из одного Ясенева в другое Ясенево, побольше. Притом, что младшая тогда была совсем малышка, а еще у нас рыбки и лохматый морской свин. У тебя есть отягчающие обстоятельства?

— Кот. Лысый. Неславянской внешности, – вспомнила я.

— Отлично, скину тебе тогда телефон риелтора, зовут Оксана. А мой брат Алеша, неженатый, тридцать два года, тебя интересует? Только он спит сейчас наверху после смены, – без перехода продолжила она.

— Я чуть сигарету сейчас не проглотила, – предупредила я.

— Ну извини, – без сожаления пожала Женя плечами. – У меня свободного времени минут пятнадцать в неделю. Обычно я кого-то кормлю, отмываю, выслушиваю, уговариваю, везу в школу или на айкидо. Так что за пятнадцать минут охота и покурить, и риелторов обсудить, и брата сосватать. Он правда классный парень, только работает много, как папа. Папа в двух клиниках сейчас, Алешка в трех. И еще папа лор, а Алешка травматолог. Мужественный и худой! И проснется скоро. Берешь?

— Спасибо, – я сделала шутливый реверанс. – Обдумаю твое предложение. А ты что же, не врач?

— Ну, была тоже когда-то. Педиатром. Сказала бы, что руки помнят, но помнят они одно: как качать ребенка или коляску. Я в супермаркетах тележки катаю туда-сюда, от себя к себе, автоматически. А однажды мне сунули букет роз подержать, так я и их убаюкивать начала. Теперь я профессиональная мама, а не педиатр. Но какая разница – и тут и там с детьми.

По тому, как она обреченно стряхивала пепел на головы проходящих внизу чертановцев, было понятно, что разница все-таки есть.

— И где твои дети? – спросила я. – Что-то их не видно.

— К свекрови утром отвезли. Она очень настаивала – чтобы мы не тащили их на «взрослое мероприятие, где пьют и курят». Сейчас уже поедем их забирать, правда. Из Чертаново в Свиблово, потом в Ясенево. Один ребенок не захотел играть с бабушкой в виселицу, другой накрасил ногти синим, а третий пропустил дневной сон, так что буду еще час выслушивать, как всем, кроме меня, трудно с моими детьми, – Женя качнула глянцевыми волосами.

— Няни у вас, видимо, нет? – догадалась я.

— Дима против няни. Категорически! Не хочет чужих людей в доме.

— И кто из твоих детей – Дима? – подняла я брови.

— Ха-ха. Эх, Жозефина, ты смешная. Сразу видно, что у тебя нет мужа, – сказала Женя невесело. – Погоди, Антонина ведь говорила, что у тебя вроде бы есть собственное жилье. В Бутово, кажется?

— На Потаповской Роще, – поправила я. – Однушка. Но там сейчас живет дочка папиного друга. Не буду же я ее выгонять ни с того ни с сего… Как у тебя так волосы лежат, а? Очень красиво.