Книга Турецкий. Цейтнот, страница 59 – Андрей Лучиновский

Меня передёрнуло не столько от упоминания крепости-тюрьмы, сколько от услышанной фамилии гадёныша, который уничтожил почти весь мой род.

Снова подал голос Красовский:

— Даже Берендей не смог достать это средство, хотя и очень хотел. Ни за какие деньги не смог. Вот поэтому там и были люди Отрепьева, оба были сильными эмпатами. Они бы вас заставили плясать под свою дудку, а потом спокойно упаковали в холодильник.

Я снова вздохнул и задумался. Эмпатия вещь двоякая. С одной стороны, она даёт возможность понимать чужие эмоции. Но это сам дар, и он совсем не редок. А вот с другой стороны… Существует ещё и приобретённый навык эмпатии, который работает в паре с любым сильным даром. Такой человек уже способен влиять и управлять всеми чувствами и поступками других людей, вызывая у них те или иные эмоции с помощью специальных психологических приёмов. Нет, это не гипноз, а грамотное управление поведением противника без вмешательства в его сознание. Мои дед и прадед считались неплохими "кукловодами", то есть при сильном даре хронопрыжка имели хорошо развитый навык эмпатии. По мне так довольно страшное сочетание.

— А на блокпосте были эмпаты по дару или по навыку? – спросил я Красовского.

— По дару.

— А сам Отрепьев?

— А вот он уже по навыку, и никто не знает, что у него за дар. Тайна за семью печатями.

Ну, а я кажется уже знаю. Видимо такой же, как и у Императора. Надо будет потрясти Мстислава Игоревича, уж он-то знает наверняка – не раз с Отрепьевым дела имел под личиной Берендея.

Императорские эмпаты… И тут в мозгу всплыли строчки из книги "Великий дар рода Мехмет".

"Познай врага изнутри, и ты победишь его даже без битвы."

И тут меня осенило, зачем отец хотел, чтобы я изучал псионику [11]. Он хотел, чтобы я научился разбираться в чужих навыках, а для этого надо было знать основы псионики. Основы! Они же практически у всех общие. Чёрт, приедем в Гишпань, надо срочно доставать учебники. События после штурма усадьбы Турчаниновых напрочь выветрили все мои познания, которые хоть и были поверхностными, но всё же были.

— Всё равно не сходится, – я показал два кукиша, – Они знали, что я при первой же опасности отскочу назад во времени.

— А вот это вопрос вопросов, – задумчиво протянул Рысь, – Надо было телефоны у этих двух забрать, Вжик бы их в момент пробил.

— У Даны в сумке поищите, – хихикнула Лика, заставив всех уставиться на неё во все глаза, – Я когда за книгой в неё залезла… Эта хомячина около десятка телефонов собрала, может и эти там же.

Выхватив из кармана рацию и нажав кнопку соединения с Даной, я заорал:

— А ну быстро ко мне в каюту вместе со своей сумкой! – и добавил вполголоса, уже сбросив вызов, – Да чтоб тебя, малолетняя мародёрша – горе в семье.

Через минуту бледная Дана по моему приказу вытряхивала свою сумку на стол. Впрочем, бледность мгновенно сменилась на красный цвет, как только из сумки посыпалось нижнее бельё, причём очень дорогое и явно на пару размеров больше. Я выразительно взглянул на Лику.

— Даночка, спасибо, можешь идти, – сказала та ласково.

Сестрёнка всхлипнула и опрометью выскочила в коридор.

— Чего ты на меня выпучился?! – рявкнула на меня Лика, – Ты совсем дебил?! Заставил девочку самое сокровенное показывать куче мужиков! Она же ребёнок ещё, который, кстати, очень быстро растёт и скоро станет девушкой.