Книга Турецкий. Цейтнот, страница 69 – Андрей Лучиновский

— Тогда что это было?

— Без понятия, Лёня, без понятия… – протянул я, пристально глядя в Данькины глаза, – Когда приедем, тогда и буду разбираться. Но одно уже знаю точно – это был спонтанный прыжок.

С нашего приезда в Гишпань прошла всего неделя, но за эти несколько дней мне удалось немного отрешиться от всех своих проблем и отдохнуть душой и телом. К своему удивлению, я понял, что совершенно забыл каково это жить спокойно и беззаботно, не планируя свои действия на три хода вперёд и не ломая голову над вопросами откуда может прилететь следующий удар по тебе или твоим близким. Эх… Маму бы ещё сюда. Слишком коротким и скомканным получилось наше с ней прощание.

— Ау, Кира-а-а! – внезапно прорвался ко мне голос Даны, – Ты чего завис?

— А? – не понял я, замотав головой, чтобы прийти в себя.

— Бэ, – съязвила сестра, – Ты ответишь или нет?

— Извини… – я мельком бросил взгляд за окно, и с ужасом понял, что ещё мгновение назад никаких домов вокруг нас не было.

— Задумался?

Ни хрена я не задумался. Я словно выпал из реальности – вот только что был тут, и больше ничего не помню, словно из памяти вырезали маленький кусок.

— Не, ну а всё-таки, Кир? Ты разрешишь мне с Ликой поехать в Мадрид?

— Кир? Может ты меня скоро начнёшь Ки называть? А затем и ещё проще – эй, ты? – внезапно вспылил я, – Никуда вы не поедете, ни ты, ни она. Смотрю совсем страх потеряли. Здесь не курорт!

Дана в ответ недоуменно похлопала ресницами и резко отвернулась – до меня донеслось её недовольное сопение. Рысь толкнул меня локтем в бок.

— Ты чего это на девочках срываешься? – спросил он шёпотом.

— Не твоё дело, – зло прошипел я в ответ и отвернулся к окну, давая понять, что не желаю продолжать разговор.

Но продолжить его пришлось. Рысь, сволочь такая, воспользовался своим даром и ушёл в невидимость, чтобы тут же оказаться в моей голове:

— Тебе надо всё рассказать дону Алехандро. Он медик покруче Городецкого, всю жизнь с одарёнными работал.

— Круче Борисыча он быть не может. Фаренго больше теоретик, а наш Борисыч практик.

— Ты в этом уверен? Тебя представили роду Фаренго и ты на этом успокоился? А мы с Марком вот справочки-то навели. Род у них хоть и графский, но они построили на свои средства четырнадцать больниц по всему Арагону для простого народа, где успешно этот самый народ и врачуют, нарабатывая опыт. И глава рода, дон Алехандро, не исключение – многие люди ему обязаны жизнью. Особенно дуэлянты, – тут Рысь коротко хихикнул.

— Ты чего ржёшь? – не понял я.

— Последней его операцией до попадания в кабалу к Прозорову была особенно успешна и устроила фурор в медицинских кругах. Местных кругах, естественно, у нас об этом не писали… – Рысь многозначительно замолчал.

— Ну, и? Не томи, Лёнька.

— Он сумел вернуть одному идальго способность снова работать с даром, которую тот потерял после схватки – пациенту продырявили башку, ну и видать что-то сильно в ней повредили.

— А чего тут смешного? – не понял я.

— Да просто через неделю после операции, этот самый идальго проклял Фаренго. Ему теперь до самой смерти не нужны лекарства от импотенции, потому что у него вечная эрекция.

Я промолчал, обдумывая предложение Рыси. С одной стороны, то, что случилось явно выпадало из канонов использования колец и тут меня просветить не мог никто. С другой стороны, а вдруг это проснулись новые возможности моего организма, и тогда помощь дона Алехандро может оказаться весьма кстати. В конце концов, ведь есть же у лекарей свои способы диагностики нарушений нервной системы. А она имеет почти такую же природу, что и система управления даром – в этом я убедился во время медитаций.