Книга Турецкий дебют, страница 3 – Андрей Лучиновский

— А что сразу Кирилл? — выдохнул я, присаживаясь на стул, чтобы надеть кроссовки, — Я вообще из-за экзаменов сегодня лег только под утро.

— Смею предположить, что вовсе не из-за подготовки к экзамену ты украл у себя сон, а из-за собственной безалаберности, — усмехнулся отец, — Вспомни-ка чем ты занимался вчера с обеда до вечерней тренировки?

Я промолчал — крыть было нечем. Вместо занятий мы с моим лучшим другом Женькой пошли на Симагинское озеро. Для успокоения совести я взял с собой учебники по псионике, надеясь совместить приятное с полезным, но когда мы туда пришли, все мои мысли об учёбе тут же благополучно улетучились. Причина была более чем уважительная — компания загорающих девчонок под предводительством Альхи, дочери графа Фарносова. Их имение находилось на том берегу и озеро считалось границей, но так как пологий песчаный берег был только с нашей стороны, то Фарносовы договорились с дедом, что это будет общий пляж.

Девчонки в этом году закончили школу и теперь отрывались по полной. Не знаю, как они сумели достать шампанское, но почти все из них были навеселе. Единственной трезвой среди них была только Альха, да это и не мудрено. Особенности их дара не позволяли иметь в крови ни капли алкоголя, и при дворе Императора их за глаза называли "вечно печальными". Хотя лично я не видел Фарносовых в печали ни разу. Порой шумные и мило суетливые, любящие привлечь к себе всеобщее внимание — да. Печальные? Не-е-ет.

Вот и в этот раз, увидев нас с Женькой ещё издали, Альха что-то сказала и начала стягивать с себя купальник. Впрочем, две узкие полосочки ткани назвать купальником можно было с большой натяжкой. С визгом и весёлыми выкриками, за ней последовали и остальные девчонки. Насмешливо посмотрев в нашу сторону, Альха подхватила ладонями свои совсем не детские груди с маленькими коричневыми сосками, призывно покачала ими вверх-вниз и… резко развернувшись к озеру, побежала к деревянным мосткам. В самом конце настила, она мощно оттолкнулась от досок и, сделав сальто с пируэтом, красиво вошла в воду. Следом за предводительницей, толкаясь и поднимая тучу брызг, сверкая каплями воды на обнажённых телах, устремилась вся девичья компания.

— Чё делать будем? — повернул ко мне голову друг, — Там сплошные аристо, да ещё и… в натуральном виде. Мне в ту сторону и смотреть-то нельзя, не то что подойти.

Женька был сыном начальника службы безопасности имения, которого ещё дед сделал слугой рода, и дворянского титула, естественно, не имел.

— Брось, девчонки сами начали эти игры. Пошли присядем, хочу посмотреть, как они выкручиваться будут, когда вода немного хмель из них вытянет, — ответил я, стягивая футболку, и заметив, как друг расстегнул штаны, добавил, — Вот только до плавок раздеваться не советую, иначе все увидят твой сильно выпирающий интерес, а им только этого и надо.

Раздевшись по пояс и скинув обувку, мы сели на расстеленное Женькой большое махровое полотенце и, блаженно жмурясь на солнце, начали громко обсуждать достоинства весело плескающихся в воде девиц. Пока из озера не вышла Альха. Ничуть не стесняясь, она подошла к нам, прямо на ходу подхватив с травы широкое полотенце и чуть склонив голову набок, начала вытираться. Скосив глаза на друга, я увидел его отвалившуюся челюсть и толкнул его локтем в бок.