Книга Выключите свет!, страница 11 – Маргит Ауэр

Ида нахмурилась.

— Что за ерунду вы говорите! Это же каштан. Каштаны могут прожить триста лет! Нас в школе этому учили.

— Что ж, в таком случае, полагаю, этому только что стукнул триста один год, мисс маленькая всезнайка, – бросил мужчина и исчез в густых ветвях.

Пока Ида за обедом без всякого удовольствия жевала блинчики, Эдди разгрёб накопившиеся в его комнате завалы игрушек и альбомов для рисования и водрузил посреди комнаты клетку. Родителей было не видно и не слышно: наверное, оба застряли в мастерской. Мама и папа Эдгара были художниками и писали огромные полотна, которые затем выставлялись в Берлине и Нью-Йорке.

Эдди был рад остаться со своей волшебной спутницей наедине. Мальчик уже хотел сдернуть платок, как раздался тонкий голосок:

— А свет потуфить не забыл?

Мальчик с силой хлопнул себя по лбу. Вот растяпа!

— Спасибо, – пробормотал он, нагнувшись к клетке.

Эдди подбежал к окну, затворил ставни. Комната погрузилась в приятный полумрак. После этого мальчик снял платок и откинул затвор решётчатой дверцы.

В ту же секунду в отверстие выпорхнул крошечный чёрный комочек, и мышка расправила крылья.

— Свобода! – вне себя от радости пискнула она и сделала крутой вираж. – Прикольное местечко! Нифтячок, мне нравится! Йух-ху-у! – Евгения взметнулась к абажуру и, повиснув, качнулась из стороны в сторону. – Какой у тебя тут беспорядок – прелефтно, прелефтно! Люблю беспорядок!

Она вновь взмыла в воздух и сделала круг, облетев мальчика.

— Прям как у меня в замке, только намного, намного круфе!

— Круче, – на автомате поправил её мальчик. – Правильно говорить: «круче».

— Ой, ну да, ну да, – ничуть не смущаясь, ответила Евгения. – Тофе мне, удивил!

И вот мышка уже перепорхнула на карниз, уцепилась лапками и, повиснув вверх тормашками, принялась на нём раскачиваться.

— Пофиг на гфамотность! – крикнула она из-под потолка. – Главное – ты меня понимаефь!

Эдди только сейчас заметил, насколько легко он находит общий язык со своей новой подругой. Для окружающих он был скорее трудным собеседником. Но с Евгенией взаимопонимание оказалось на высшем уровне.

— А и правда, почему мне так хорошо с тобой общаться? – изумлённо спросил мальчик.

— Ну, знаефь ли, – сразу возмутилась мышка, – я, в конце концов, твоя – уфть! – волшебная спутница!

Эдди уселся за стол. Распахнув от изумления глаза, он наблюдал, как Евгения качается под потолком.

— А откуда ты родом? – прошептал он.

— Из Верхней Баварии, – гордо ответила та. – Мистер Моррисон приезжал забрать меня на своем драндулете. По крайней мере, он пытался… А потом эта колымага заглофла. И фсё, туфи свет!

Она хихикнула.

— Между прочим, отлифные картинки! – Она распростёрла крылышко и указала на лежащие на столе листы. – Это фто, какой-то мой родственник?

— Это же Бэтмен, – расхохотался Эдди. – Это я комиксы рисовал. Он супергерой! Очень известный! И да, у него ушки, как у летучей мыши.

— Прелефтно, прелефтно! – просияла Евгения и окинула взглядом пёструю мебель и стены. – Как у тебя тут уютненько! Это ты фсё раскрафил?

Мальчик кивнул.

— Мои родители – художники.

— Ой, я хочу посмотреть! Ты мне покажефь свой дом?

— С удовольфтвием, – хихикнул Эдди и поднялся.

Осторожно посадив Евгению на ладошку, Эдди распахнул огромные створки дверей. Спиной к нему перед большим холстом стояли родители, с ног до головы забрызганные краской.