Книга День, который не кончается, страница 84 – Галина Доронина

Он положил трубку прежде, чем я успела попрощаться.

Я сидела, глядя на погасший экран телефона, и чувствовала себя обманутой. Я все еще помнила, как Петр Семенович с радостным волнением рассказывал про рюкзак, которому должно быть тридцать восемь лет. А теперь он боялся собственной тени. Что ему сказали? Кто с ним говорил?

Я еще немного подумала, а потом решительно набрала Аню. Она ответила сразу, будто ждала звонка.

— Варька, привет! – В ее голосе звенела не радость, а взвинченная злость. – Ты представляешь, что творится?

Я услышала, как на заднем плане что-то грохнуло, кажется, она швырнула сумку на стол.

— Судя по тону – ничего хорошего, – предположила я.

— Ничего хорошего – это еще мягко сказано, – фыркнула она, и в трубке послышался звук, будто она зашагала по комнате. – Я сразу как приехала, написала статью: найдена пропавшая экспедиция, обстоятельства неясны, требуется расследование. Отправила ее в три издания, с которыми раньше сотрудничала, и по всем трем почти сразу пришел отказ. Причем формулировки настолько похожие, что я сразу заподозрила неладное: «материал не соответствует редакционной политике», «недостаточно проверенных источников», у одного вообще «извини, Ань, но это как-то слишком». В итоге я позвонила редактору того издания, с которым мы три года работали вместе, и напрямую спросила, в чем дело. И он такой мнется, мнется, а потом говорит: «Ань, ты пойми, тема очень неоднозначная, нам сверху намекнули, что с этим лучше не связываться». Сверху! Ты представляешь?

Я вспомнила черные внедорожники без опознавательных знаков и промолчала.

— И тогда, – продолжала Аня, – я плюнула на всех и просто выложила статью в своем блоге. У меня пятнадцать тысяч подписчиков. Не бог весть какие цифры, но для этой темы – вполне достаточная аудитория, люди же интересуются паранормальным. И, значит, выложила я статью, фотографии прикрепила из нашего нормального лагеря, и знаешь что?

— Что? – эхом спросила я, уже подозревая, каким будет ответ.

— Через час мне аккаунт заблокировали. Пятнадцать тысяч подписчиков и несколько лет работы – все коту под хвост. Я написала в поддержку, а мне пришел автоответ про «нарушение правил сообщества».

Ого, вот это поворот. Я быстренько рассказала ей про мои поиски в интернете и про звонок Петру Семеновичу.

— Понимаешь, здесь слишком много совпадений, – закончила я. – Петра Семеновича запугали, твою статью удалили, аккаунт заблокировали, газетную заметку стерли из архива. Это системная работа. Кто-то очень серьезно относится к тому, чтобы об этом никто не узнал. Может стоит на время притормозить?

На том конце раздался тяжелый вздох. В Ане боролись азарт охотника за сенсацией и здравый смысл.

— Ладно, – сказала она наконец, уже спокойнее. – Пока тормозну. Но не потому, что испугалась, а потому, что нужно сначала понять, с кем мы вообще имеем дело, а потом уже решать, как с этим бороться. Кстати, – добавила она, и в голосе снова зазвучал азарт, но уже другого рода, – мне Мишка вчера звонил.

Я уловила эту перемену тона и невольно улыбнулась, прижав трубку плечом.

— И что хотел наш суровый детектив?

— Представляешь, – она понизила голос, словно выдавала тайну, – звонил просто так. Поболтать. Спросил, как я добралась, как настроение.