Книга Танец кружевных балерин, страница 64 – Людмила Мартова

Они с Лилией Лавровой пили чай на кухне и ели нежнейшие ватрушки с творогом, испеченные Ириной Григорьевной с самого утра. Сейчас мама гуляла с Танюшкой, оставив дочь наедине с ее панно, но вместо того, чтобы прилежно плести, заканчивая основной экспонат для важной выставки, Снежана пила чай и ела ватрушки в праздной беседе с приятельницей. И куда только подевалась ее хваленая дисциплина.

— Так бывает, – скупо ответила Лиля и отправила в рот еще один кусочек нежнейшего теста со взбитым в пену творогом. – М-м-м-м-м, как вкусно.

— Лиль, но ведь этот человек явно не нашел, что искал, а значит, он совершенно точно вернется.

— А с чего ты взяла, что он до сих пор не вернулся? – Лиля прожевала ватрушку и сделала глоток чая. – Уже неделя прошла, квартира стоит совершенно пустая, а у него есть ключи. Он же проникал в квартиру сам, твоя Лидия Андреевна его не впускала. А раз так, то он мог уже сто раз побывать там после ее смерти и найти все, что душе заблагорассудится. Заметь, без всякого риска.

— Может, ты и права, – задумчиво согласилась Снежана. – Конечно, до похорон он вряд ли рискнул бы здесь появиться, в квартире постоянно домработница толклась, все готовила. Но с поминок уже четыре дня прошло. Ирма, конечно, заходит, я ее иногда в окно вижу. Забирает что-то, то ли на память, то ли на продажу, я не знаю. Но по ночам в квартире точно никого нет, обыскивай – не хочу.

— Вот именно, – сказала Лиля, отряхнула с груди крошки и встала, давая понять, что визит закончен. – Снежок, ты бы оставила эту историю. Изменить все равно ничего невозможно, а неприятностей на свою круглую попу найти – нефиг делать.

— Лиль, а откуда у этого человека мог быть ключ от квартиры? – размышляла Снежана, благоразумно пропустив предупреждение мимо ушей. – Если задуматься, то он мог храниться лишь у нескольких человек. У домработницы, которая иногда приходила в отсутствие хозяйки, и у Ирмы или членов ее семьи. Вряд ли Лидия Андреевна допускала в свою квартиру посторонних. Там довольно много ценных предметов, практически антиквариата, плюс, как мы знаем от Ирмы, деньги и украшения. А жила она одна. Так что вряд ли раскидывалась ключами направо и налево.

— Угу. Зришь в корень. – Лиля прошла в прихожую и натягивала там сапожки. Оттого что она стояла наклонившись, голос ее звучал глухо. – И еще один важный момент упускаешь.

— Какой?

— Веронал был подсыпан в смесь для заварки. Но откуда преступник вообще знал, что старушка на ночь обязательно пьет отвар из шиповника?

— Точно. Это тоже могли знать только очень близкие люди! – воскликнула Снежана. – Тогда получается, что подозреваемых всего два. Галина Михайловна и Ирма. Но почему они начали искать что-то только сейчас?

— Этого мы уже не узнаем. – Лаврова разогнулась, справившись с сапогами и наматывая на шею шарф. – Может, деньги стали остро нужны. А может, о существовании этого чего-то они узнали только сейчас. Снежок, так бывает, что зло остается безнаказанным. Жизнь, она такая, сложная. Все, давай, пока, я побежала.

Закрыв за Лилей дверь, Снежана в задумчивости вернулась в кухню, убрала со стола, вымыла посуду и присела на табуретку, со вздохом взяв с тарелки еще одну плюшку. Вот растолстеет она, превратится в корову, и Зимин больше никогда даже не посмотрит в ее сторону. Сопроводив эту мысль еще одним вздохом, на этот раз полным горьких сожалений, она вернула ватрушку на блюдо и встала из-за стола.