Книга Одна смертельная тайна, страница 117 – Людмила Мартова

Клавка даже и не знала, жива старшая сестрица или нет, пока неделю назад не объявился Иркин сын Ванька. Зная о скандале, у Клавдии останавливаться не стал, забронировал себе номер на охотничьей базе. Но к тетке все-таки зашел, представился, так сказать. Да только Клавдия его выгнала. Не простила она Ирку за столько лет. Хоть старшая сестра и померла уже, а все равно не простила.

Племянник к тому же каким-то мутным оказался. Выспрашивать начал о прошлом семьи. Клавдия, конечно, рассказала, да только знала она немного. А уж как о бриллиантах Глафиры речь зашла, так она сразу племянника-то и выгнала. Семейную легенду о спрятанном старой графиней кладе она считала не стоящей внимания байкой.

Ее источником Клавдия считала свою прабабку Ангелину. Та так ненавидела Глафиру Румянцеву и так ей завидовала даже после смерти, что просто помешалась на этих бриллиантах, якобы спрятанных где-то в доме. Да кабы были они там, так за столько лет их неминуемо бы нашли. Так и Маиса считала, и Катерина, и Клавдия вслед за ними. А племянничек, стало быть, появился, потому что про клад узнал. Интересно откуда. Ирка-то сроду никакими кладами не интересовалась.

За окном снова послышался шум. Нацепившая пояс из собачьей шерсти Клавдия проковыляла к своему наблюдательному посту и осторожно, чтобы не быть замеченной с улицы, выглянула наружу. Там сын Нюрки, Петька Вершинин, тряс ее племянника Ваньку за грудки. Как грушу тряс.

На земле валялась сумка, откуда торчали тушки птиц. Клавдия разглядела парочку вальдшнепов и тетерева. Странно, на них вроде как не сезон. Племянничек еще и браконьер к тому же. Понятно, что правильному Петьке это не по нутру. Вершинин что-то кричал, сквозь закрытое окно до Клавдии доносились только отдельные слова. Она разобрала лишь фамилию владельца охотничьей базы – Аржанов, еще что-то про имение, да еще про семейное дело.

Ей это было неинтересно, и она отошла от окна, чтобы прилечь. Больная спина совсем ее измучила. Про драку и странный разговор племянника с Петькой Вершининым она совершенно забыла и вспомнила лишь спустя два дня, когда Петьку убили на охоте.

Она бы ни за что не рассказала про ссору, все-таки Ванька – родная кровь, но оказалось, что их полудраку видела не она одна. Племянник не отпирался, признался, что действительно ссорились. Мол, Вершинин в грубой форме наехал на него за нарушение правил охоты, а он даже и не знал, что сезон боровой дичи уже закрыт.

У полиции и следствия к Ваньке претензий не было, экспертиза показала, что роковой выстрел был произведен не из его ружья, и на следующий день Ванька, изрядно напуганный произошедшим, уехал из Глухой Квохты. Клавдии он на прощание сказал слова, показавшиеся той странными.

«Против Аржанова идти что против ветра струю пускать. Он Петьку убил и до меня доберется. Никакие деньги этого не стоят». Что племянник имел в виду, Клавдия так и не поняла, из-за отъезда Ванькиного не расстроилась. Жила она без него столько лет и дальше проживет. Даже если это владелец усадьбы убил Петьку Вершинина, то ее это совершенно не касалось.

Соседку Нюрку, оставшуюся на старости лет совсем одной, было по-человечески жалко, но старая вражда то и дело приходила на ум. Вот мать Нюркина увела у Клавдиной матери любимого человека, вот Нюрка спустя столько лет и расплачивается за ее грехи. И тот факт, что в противном случае сама Клавдия не появилась бы на свет, никакого значения не имел. Расплата есть расплата.