Книга Кровь Достойных. Бастион Восточный, страница 147 – Алексей Гапоненко

Выудив красный камушек из прочих, достал из мешка руку и показал напарнику: – Такого хватит или оранжевый дать? – в ответ получил слегка удивлённый взгляд и кашель с кровью. Сказочника согнуло пополам и почти минуту разрывало кашлем, в конце концов, он всё же справился с приступом и просипел:

— Давай оранжевый, если он у тебя не последний. Красным не обойдусь. Бесы! – сплюнул кровь на траву. – Как прижало…

Подойдя к мужику, Верус на ходу сменил камень и опустился на корточки, протянув оранжевого красавца. Камень слабо светился внутренним светом и грел руку. По оранжевой поверхности ползли красные прожилки, кое-где сливающиеся в целые участки красного оттенка. Если бы такой экземпляр увидел Корнелиус, точно бы занижал цену, как только мог, но здесь и сейчас камушек явно отыграет свой цвет на все пять серебряников и не медяком меньше. А для Сказочника так и вовсе на все десять! Главное не забыть забрать долг.

Стоило окровавленным пальцам Ликапрода коснуться камня Скверны, как тот засветился ярче. Багровая суть самой жизни оплела его словно живая и жадная волна, а уже после пальцы сгребли его с руки охотника.

Ликапрод охнул, содрогнулся всем телом и упал, громко рыча сквозь зубы. Свернувшись калачиком, мужик едва ли не плакал как дитя, то и дело вздрагивая, видимо от вспышек боли. Верус не знал, какого это. Будучи камнеедом он испытывал лишь радость и наслаждение от поглощения Нигмы. Человек же перед ним испытывал явно другим эмоции. По крайней мере, именно так это выглядело, а причин не доверять в этом Ликапрод не давал.

Не полную минуту, длилась агония, после чего Сказочник обмяк и уронил голову на правое плечо, погрузившись в царство снов. Верус протянул руку, проверил пульс, затем слегка развернул напарника, осмотрев рану. Большая часть живота покрылась пульсирующими «червями» крови, медленно, но верно сращивающими её края. Судя по всему, камень помог, и теперь жизни Сказочника ни что не угрожало, однако он явно выбыл из приключения. Всё же алэнео не слабо его зацепил, что не удивительно – мужик попал под размашистый удар лапой с острейшими когтями. Не мудрено, что теперь ваяется без сознания. Скорее уж странно, что так долго держался до этого.

Подняв голову, охотник осмотрелся по сторонам. До ближайшего края поляны, на которой развернулось сражение, было метров тридцать. Тяжело вздохнув, мужчина потянул бессознательное тело себе на загривок. Времени возвращаться в деревню, и сдавать парня на руки местным не было, но и бросать просто посреди поля не дело, нужно оттащить хотя бы к краю поля, прислонить к дереву, чтобы заметнее со стороны был. Глядишь, кто-нибудь да увидит. Сербо явно не будет сидеть на месте. Как только солдаты поймут, что мираж спал, а поймут они быстро, отправит отряд, а то и два вслед за ними. Как скоро солдаты доберутся до поля? Кто знает, но точно раньше, чем Ликапрод очнётся.

Оставив напарника у крайнего дерева и поправив его так, чтобы тот не сползал вниз, развернулся обратно. Взявшись за мешочек с камнями Скверны, выудил красный и вдавил уже в свою рану на боку. Тёплая волна прошила сознание, смыв остатки боли. Опустив взгляд, пару секунд наблюдал, как кровавые «черви» оплетают дыру, заполняя её и сращивая.

Переведя взгляд на спящего, хмыкнул улыбнувшись краем рта. Как же сильно обалдел бы Сказочник, если бы увидел, как он съел камень. Вот бы увидеть его лицо в этот момент.