Книга Мой кавказский отчим, страница 28 – Нина Северова

— Ты повторяешь это второй или третий раз. С чего ты взял, что я хочу рядом кого-то другого?

Аслан улыбается и я с опозданием понимаю, что сказала то, что он хотел услышать. Сама себя выдала.

— Потому что ты красивая. И на тебя смотрят мужчины. Я не делюсь своим и тем более, ни за что не позволю кому-нибудь к тебе подойти. А если прикоснутся, то это будет последнее, что они сделают, — сжимает волосы у корней.

— Ты — страшный человек, — поправляю сползший плед.

— Даже не представляешь насколько. Но тебе не нужно бояться. Я не прощу только предательство. Со всем остальным можно договориться, — целует в губы, но не проникает языком. Мы просто чувствуем мягкость губ друг друга. И молчим.

— Я не буду твоей женой, Аслан. Сейчас это даже звучит дико, — снова отхожу от него.

— Сколько тебе нужно времени?

— Не знаю. Полгода? Может быть год? — разве можно устанавливать сроки на то, чтобы узнать другого человека? Это всё происходит непроизвольно.

— Месяц, — подходит ближе. — Я даю тебе месяц привыкнуть к этой мысли. И потом я заберу тебя.

— Нет.

— Да.

— Аслан.

— София.

Пустые словесные баталии.

— Так не делается, Аслан. Люди общаются, чтобы сблизиться. И месяца может не хватить. А может будет и много, я не знаю, — пожимаю плечами.

— Так мы и будем общаться. Каждый день. Ты никуда от меня не спрячешься, — берет моё лицо в ладони и оставляет дорожку мелких поцелуев от скулы до губ.

— У меня есть работа. Я свободна бываю только вечером.

— Я заберу тебя в любое время, — целует с другой стороны лица.

— И я допоздна не бываю в городе. Сегодня исключение.

— Отвезу домой, когда скажешь, — целует за ухом, а меня накрывает табун мурашек.

— Я не хочу, чтобы родители знали… о нас.

— Хорошо, пока не скажем.

— У тебя на любой вопрос есть решение, да?

— Конечно, — улыбается.

Что вообще происходит? Это всё точно в реальности? Это мы с Асланом стоим в обнимку? Это тот Аслан, не другой?

Мужчина смотрит на меня какое-то время, а потом опять целует с таким жаром и напором, что я едва могу устоять на ногах.

— У меня есть для тебя подарок, — Аслан достает длинную коробку из внутреннего кармана пиджака. Открывает и показывает мне. Кулон с каким-то камнем на тонкой цепочке. Я не разбираюсь в таких вещах. Красиво, но очевидно, что очень дорого. — Изумруд. Под цвет твоих глаз.

— Это слишком. Красиво, но…

— Прими его, София. Считай, что с этого подарка начинаются ухаживания.

Он будет за мной ухаживать?

— Аслан, я не смогу такое носить. Мне даже некуда, — чувствую ужасную неловкость.

— Носи просто так, не нужен повод. Я хочу видеть на тебе свои подарки. Мне это важно, — обходит меня и надевает подвеску. Трогаю рукой, камень холодный. Мне очень приятно, но я не привыкла к таким подаркам.

— Спасибо, — щеки краснеют, — Очень красиво.

— Не за что. Ты привыкнешь, это только начало.

Спускаюсь в столовую, завтрак уже накрыт. Халида ещё нет. Ему выезжать в школу через сорок минут, а надо ещё поесть. Вечно копается утром.

Сажусь за стол, наливаю кофе. Предстоит длинный день, куча встреч, обо всём надо договориться. Есть вещи, которые надо решать лично. Шахид не всё может разрулить. Это и хорошо и не очень. Всегда надо быть на коротком поводке с бизнесом, контролировать.

Но есть в этом тяжёлом дне и прекрасное. Моя София. Теперь не только отчёты Дауда. Теперь можно узнать напрямую.