Книга В объятиях его одержимости, страница 37 – Нина Северова

— Вот так хочу тебя вылизать, Арина, — прикусывает и зализывает, — Везде. И здесь особенно, — проводит пальцем по моим складкам через трусики. От этого ощущения меня аж подбрасывает.

— Так сделай, я же… — в горле пересыхает, — Вся твоя.

Тимур будто ждал разрешения, потому что сразу опустился вниз, стянул с меня белье. Сначала лифчик, бросил его к своей рубашке. Затем потянул трусики, поднес к лицу и глубоко вздохнул. Прикрыл глаза на мгновение и слизал мою влагу с ткани. От этой пошлости из меня вырвался стон.

— Девочка моя, — широко разводит коленом мои ноги, — Раскройся.

Делаю, что он говорит. Тимур всё ещё наполовину одет и это немного смущает. Но его дикий взгляд говорит, что его всё устраивает.

Тимур целует внутреннюю сторону бедра, кусает. Ведёт языком к лобку и ниже. Ощущение его горячего языка заставляют выгибаться. Слишком много ощущений.

— Ты пахнешь, как рай, Арина, — утыкается носом прямо в мои половые губы, шумно вдыхает. У меня искры из глаз, его дикость и осторожность — это какой-то смертоносный коктейль.

— Тимур, пожалуйста, — не знаю о чем прошу его. В голове туман, ничего не существует вокруг кроме него.

Абай проводит языком по складкам, посасывает клитор. Толкает язык в дырочку и делает им поступательные движения. Я не могу лежать нормально, меня то подбрасывает, то придавливает к дивану. Тимур крепко держит мои ноги и продолжает пытку. Кладу руку ему на волосы, глажу, потом тяну. Он вылизывает меня ещё сильнее. Не могу контролировать звуки, которые из меня выходят. Стоны, плач, мольба — всё вместе. Тимур сосет клитор и вводит неглубоко два пальца. И это хватает, чтобы я разлетелась на кусочки.

Ноги дрожат, внизу живот — лава. Глаза сами закрываются. Дыхание сбитое. Кажется, что даже уши заложило. Не помню, чтобы у меня хоть когда-то был такой мощный оргазм.

Тимур приподнимается на локтях, большим пальцем проводит по моей губе. Взгляд затуманенный. Чувствую, что-то капает рядом с пупком. Приподнимаю голову и вижу, что капля предсемени тянется от члена до моего живота. А когда Тимур успел раздеться?

Абай ничего не говорит. Оставляет лёгкий поцелуй на губах и устраивается между моих ног. Проводит головкой по мокрым складкам, собирает влагу. Он горячий и твердый. Смотрю на Тимура и не могу поверить, что это всё происходит в реальности. Трогаю его губы, подбородок.

— Посмотри на меня, — просит.

Поднимаю взгляд и в этот же момент он толкается в меня. Хмурюсь, острой боли нет. Ощущения непривычные, но приятные.

— Больно? — целует край губ.

— Нет, дискомфортно немного.

Глажу Тимура по спине, пальцы цепляются за рубцы. Кажется, что нет ни одного участка кожи без шрамов. Тимур напряжён, очевидно, что сдерживается.

— Можешь двигаться, — целую его в подбородок.

Абай начинает медленно двигать бедрами. Когда понимает, что мне не больно, то набирает нужный ритм. Не долбит, а входит осторожно и с одной скоростью. Обхватил мою голову с двух сторон, смотрит в глаза не моргая.

Мы ничего не говорим, кажется, что слова здесь излишни. Только стонем друг другу в губы, целуемся и стараемся быть ещё ближе.

Член Тимура становится ещё более твердым, он ускоряется. Чувствую, как головка входит и выходит с трудом. Мысль, что он возбуждён из-за меня и сейчас кончит из-за нашей близости, уносит меня на волнах оргазма. Глаза закатываются, хочу кричать, но Тимур затыкает рот поцелуем. Несколько рваных толчков и густая жидкость льется мне на живот.