Книга Человек со звезды, страница 25 – Настя О

Я подошла ближе и осторожно присела на край кровати. Рейн скинул одеяло почти до колен, и, дотронувшись до его кожи, я с волнением обнаружила, что она стала слегка влажной. Заболел? Приснился кошмар? Да что ж такое — то! Повинуясь непонятному инстинкту, я, как была: в только что надетой на смену легкой сухой майке да трусиках, — заползла на матрас, придвигаясь ближе к Рейну. Вытянулась вдоль его тела, просовывая руку к его груди, туда, где бьется сердце, а ногу закидывая на бедро пришельца. Для закрепления результата еще и погладила. И, о чудо, мелкое дрожание Рейна постепенно начало уходить. И петь он перестал, на глазах расслабляясь и даже притягивая меня ближе. Не выпутаться, было одной из двух посетивших меня в тот момент мыслей. Вторая навсегда закрепила в мозгу ассоциацию: поющий пришелец — это плохо. Это то, чего я не должна была допускать.

Утро пришло ко мне вместе с ощущением огромной грелки, на которой я устроилась донельзя уютно. Стоило пошевелиться — и она тоже стала изменяться, подстраиваясь под контуры моего тела. Красота! Век бы лежала, не пытаясь подняться.

Память услужливо подкинула события вчерашнего дня, и я поняла, что опорой моей являлся не кто иной, как якобы пришелец, которого сумасшедшие ученые вчера притащили ко мне на работу в надежде, что сжалюсь над беднягой. И ведь не обманули же, чертяки. Хотя, не скрою, интерес у меня к этому субъекту был и собственный. Особенно в свете ночной помощи. А уж если припомнить вечерний душ, и говорить нечего. В общем, я поняла, что злодейка — судьба за ночь бросила меня на могучую грудь Рейна.

От него вкусно пахло. Не запахом мыла, которое я вчера с таким усердием растирала по влажной коже, а каким — то собственным ароматом, который я с удовольствием вдыхала. Глаза медленно открылись, голова повернулась, чтобы позволить подбородку устойчиво упереться в мужскую грудную клетку...и я увидела ясный взгляд напротив. Как будто и не спал вовсе. А у меня еще промелькнула мысль о том, как бы из этой двоякой ситуации выползти до пробуждения некоторых инопланетян.

Не вышло.

Рейн, как и всегда, смотрел с живым интересом. Живым его тело делала еще одна особенность, к которой, впрочем, с момента нашего первого знакомства я, пожалуй, готова была уже привыкнуть. В общем, особо резких движений делать не рекомендовалось. Кто знает, что могло прийти в голову этому субъекту, учитывая вчерашнюю месть в душе.

Я посчитала не лишним оправдаться.

— Прости за нарушение личного пространства. Я зашла к тебе ночью, ты плохо себя чувствовал, а со мной успокоился.

И вот ни черта он не успокаивался сейчас! Я поняла это, когда широкая ладонь накрыла меня чуть ниже поясницы, а затем, словно пытаясь убедиться, что все части тела на месте, двинулась вверх. И это при абсолютно спокойном взгляде! А затем ладонь Рейна и вовсе оказалась поддерживающей мое лицо где — то в районе челюсти. Стыд — то какой! Разлеглась на бывшем нудисте, заняла его спальню ночью, эксплуатировала тело вместо подушки, а теперь еще и наслаждаюсь внеплановым массажем?

Я резко подорвалась на месте, принимая вертикальное положение и усаживаясь Рейну на бедра:

— В свое оправдание готова сделать завтрак. Идешь?

Соскользнула к кровати, спиной ощущая изучающий взгляд. Ну и ладно! Подняться — то он, надеюсь, сможет и сам?