Онлайн книга «Увядающий ирис бытия»
|
Зову пленницу, и она не заставляет себя ждать: видимо, слишком велико желание хозяина оказаться снаружи. Протягиваю руку, и она моментально впитывается в кожу. Теперь можно и на выход. Возвращаюсь к Осирису, он как-то странно смотрит на меня, пока в голове не раздается его голос: «Ты светишься голубоватым сиянием, Рен. Анубис что, часть своей души для тренировки пожертвовал?» «До твоего вопроса я как-то об этом не задумывалась», — я с улыбкой пожимаю плечами. «Ты чем-то его разозлила?» — недоумевает страж. «Если только из-за того, что вместо спокойного начала отпуска ему пришлось явиться на собрание под предводительством главы Совета Магов. Почему ты спрашиваешь?» — в голове рождается подозрение, что настоящая цель тренировки так и осталась неозвученной. «Просто души стражей нелегко разделяются на части, — задумчиво смотрит на меня Осирис. — Поэтому и возвращать их в тело на порядок тяжелее». «Я поняла», — киваю я, подходя к границам эфира. «Удачи, маленькая, — шелестит его голос, и я в последний раз оглядываюсь, чтобы помахать рукой на прощание. — Передавай привет Хани, я скучаю по ней…» Реальность оказывается немного хуже, чем я подозревала, и, хотя за Гранью я пробыла, в общей сложности, не более десяти минут, здесь, в мире живых, успели за это время порядком истощиться силы моих защитников. С Хани градом льет пот, но упрямое выражение лица не дает никаких сомнений в том, что простоит она столько, сколько нужно. Сури напряженно замерла над лежащим Анубисом, который явно потешается над ситуацией. Тут уж не могу сдержаться и злорадно усмехаюсь, обращаясь к целителю: — Режь ему руку, — и указываю на стража. Анубис, понимая, что я или догадалась, или Осирис подсказал, кривит губы в усмешке. Глаза Сури становятся похожими на два одинаковых идеально круглых блюдца, но я, не обращая внимания на то, что целитель мешкает, повторяю: — Режь, там была частица его души! — Самоубийца, — зло цедит Хани, ненадолго оборачиваясь. — Нет, это просто очередная его проверка, — сдаю стража без тени сожаления. — Возвращение его души нам еще поперек горла встанет! — Тогда не медлите, — оскал Хани напоминает улыбку крокодила, — потом я ему все наши мучения припомню! Сури наконец-то отмирает, принимаясь за работу, и делает тонкий разрез на запястье стража. Я дублирую действие со своим, достав изящный ножичек, а затем опускаюсь ближе к целителю и лежащему рядом стражу. Кровавые ниточки соединены. И вот тут задумка Анубиса и дает о себе знать. Боль приходит незаметно. Как раз тогда, когда лезвие покидает рассеченную кожу, а душа стража пытается вырваться на свободу. Словно исчезновение металла служит отправной точкой для начала истязания моего организма. А потом накатывает волнами, грозя перерасти в цунами. Душа слишком неохотно покидает тело, и я чувствую, как на ее транспортировку уходят последние силы. Сереющее лицо Сури пробует оставаться невозмутимым. Я выдавливаю улыбку, давая понять, что все хорошо, хотя только чудом удается не закричать. Не хочу тревожить Хани: ей под градом осыпающих нас магических шаров приходится хуже всего. Продолжаю терпеть, пока душа стража полностью не оказывается в теле. И в это самое мгновенье кошмар вокруг нас внезапно прекращается. В наступившей тишине зала раздается разозленный рык Теодора: |