Книга Гарантирую любовь, или срочно требуется волк!, страница 2 – Настя О

Оказавшись на пороге моей тогдашней сараюшки и не скрывая брезгливости от открывшегося вида, почтенный господин Бьёф сообщил, что мой отец скоропостижно скончался на одном из заданий государственной важности, но оставил после себя завещание, по которому вся недвижимость и накопленные сбережения по праву считались моими. На мое ответное веселье господин Бьёф смотрел с большой долей удивления, пусть и был в курсе того, что отец со мной связей не поддерживал. Не объяснять же ему, что батюшка не рассчитывал на меня в качестве объекта передачи состояния.

Я не стала отказываться от наследства: деньги никогда не были лишними, да и сараюшку надо было менять. Все же две беспомощные женщины не в силах содержать дом, пусть он никогда не был большим. Конечно, соседи нам помогали, а мы в ответ также делились своими скромными дарами (и потому никто в округе не болел), но все же, все же, все же…

Когда ступила на порог городского дома отца, сразу поняла, что ни за что не останусь там жить. Пусть жилище было огромное, предполагало наличие кухарки и садовника, я не могла находиться внутри. К тому же больше по нраву мне была именно деревенская жизнь. Максимум — пригородная. Так что я со спокойной душой выделила из наследства денег на то, чтобы некоторое время наемные рабочие отца могли безбедно существовать, пока не найдут хорошую работу, и отпустила их со спокойным сердцем. А дом продала. Да-да, я оказалась весьма меркантильной особой.

Все вырученные сбережения положила под проценты в банке. Наследство трогать не хотелось, но и тут победила моя практическая жилка. Старый домик я, конечно, оставила — на всякий случай, на непредвиденные ситуации. Но сама переехала в новенький, купленный на окраине города небольшой двухэтажный коттедж. Вот там, в этом домике, я и прожила последние пять лет. Первый этаж — кухня и кабинет, кладовая и небольшая прихожая — были отданы для работы с клиентами. Кухня только на первый взгляд казалась местом для «покушать». На самом деле я хранила в шкафчиках многочисленные настойки и сборы. Готовила, соответственно, там же. Излишки хранила в кладовке. На втором этаже целиком и полностью была моя территория. Там я и встречала грозовые ночи.

Предчувствие, посетившее меня в сегодняшнюю грозу, до этого просыпалось лишь дважды. Первый раз перед самой смертью мамы, второй — когда я решила разложить карты в бывшем доме отца. Из расклада я узнала, что батюшка погиб не просто на государственном задании, но и от руки некроманта. Раз маг смерти смог уделать верховного, значит, действовал исподтишка и грязными методами. Надо ли теперь объяснять, почему я не люблю некромантов? Папочка душкой не был, но я совершенно не желала ему смерти. Впрочем, мстить за безвинно погибшего родственника тоже не было никакого желания.

Сегодняшнее предчувствие гнало меня к картам. Естественно, я не стала ему противоречить и утащила в кровать колоду, чтобы сделать расклад. Первая же карта ввергла меня в большие сомнения.

Мост. Карта, означающая связь поколений, передачу знаний, энергии и сил. Обычно она указывала на тесную связь родителей с детьми. Именно поэтому я не поняла, с какой стати она выпала в моем раскладе. У меня детей не было и не предвиделось — я вообще в свои двадцать пять лет не видела особой необходимости в отношениях с противоположным полом. Это в городе незамужняя девушка моего возраста считалась уже старой девой. У женщин-магов, не стесненных рамками общества, подобной проблемы не было. Как не было, в общем, и мужчин. Откуда тогда дети у засидевшейся девственницы?