Книга Три звезды Форгетона, страница 77 – Настя О

— Так вот, по твоему второму вопросу. Продолжают жить женщины Галактического Союза, которые не испытывали к вам симпатии, а просто поддались влиянию момента. Обычно и вы тоже надолго не задерживаетесь с ними, не так ли? Но у нас-то был другой случай: Элька любила. Не любил Ардайн. Хотя мог бы не начинать этих отношений. Сам расскажешь или мне объяснить?

С этими словами она посмотрела на отца Двайра таким взглядом, что мне сразу стало ясно: расколется.

И Ардайн тяжело вздохнул, подтверждая мои мысли.

— Ты с самого начала бесила меня, — напряженно уставился на Ирину Витальевну Ардайн. — Ты поддавалась влиянию, но все равно никогда со мной не соглашалась. Поразительное упрямство на грани с безумием. Эля всегда ходила вместе с тобой, и на нее тоже начало действовать. А потом я уже не смог остановиться. И она начала нравиться мне, когда тебя не было рядом. Если бы я знал, что она забеременела, я бы никогда не расстался с ней. Но она стала смотреть на меня иначе после того, как мы были вместе, и я понял, что мое влияние как будто ослабло.

— Кажется, это семейное свойство мужчин вашей семьи, — вздохнула я. — Ваши женщины удивительным образом быстро беременеют.

— Беременность — это всего лишь способ удержать рядом любимую, — грустно улыбнулся Двайр. — Просто не все форгетонцы в курсе, как быстро порой она может наступить.

— Правильно ли я понимаю, что вы увлеклись Ириной Витальевной, но в итоге остались с Элей?

Какой-то вечер семейных потрясений получался. И нехороший осадок оттого, что могло бы случиться, посчитай Двайр меня проходным событием в своей жизни.

— Я всегда буду виноват перед Элей…

— Если хочешь искупить свою вину, сходи на ее могилу, — прищурилась Ирина Витальевна. — Отдай последний долг, чтобы за душой не оставалось грехов.

— На Форгетоне нет понятия греха, уважаемая, — Жорик впервые подал голос с момента появления на кухне.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, — тихо произнес Ардайн, обращаясь к Ирине Витальевне. — Но в моей системе ценностей это не слишком весомый поступок.

— Тогда занимайся внуками. У тебя их не так уж и мало теперь.

Ардайн, словно ждал этого момента, перевел взгляд сначала на Машеньку, потом на Мишу и Лешу, устроившегося с нами за столом.

— А ты… мне поможешь? — внезапно спросил он, глядя на Ирину Витальевну.

— Я и так работаю у вас няней.

— Я понял.

Наконец, Ардайн посмотрел на меня и Мишу. Так, словно сравнивал, насколько мы похожи внешне.

— Как… зовут детей? — обратился он ко мне.

— Маша и Миша — двойняшки, — улыбнулась я. — А старший — Леша.

— Спасибо, — кивнул Ардайн. — Никогда не думал, что у нас будет такая большая семья… Скажи-ка, Леша, отец ничего тебе не говорил о чудесах Форгетона?

— Мы пока на той стадии, когда я должен доказать, что меня можно называть отцом, — хмыкнул Двайр, хитро глядя на Лешку.

— Даже так? — Ардайн словно засветился изнутри, когда услышал это. — Ну, в деда-то ты сможешь поверить?

— Я даже в деда Мороза уже давно не верю, — флегматично ответил Лешка.

— А кто такой дед Мороз?

— Это выдумка родителей, чтобы объяснить, зачем они кладут подарки под елку, пока никто не видит, — фыркнул старший.

— А про огненные водопады ты слышал? — подмигнул ему Ардайн.

— Только про поющие камни!

— О-о-о, так значит, у тебя впереди много всего интересного…