Книга Под покровительством монстра, страница 36 – Инна Матвеева

Богдана больше не видит во мне никого. Вычеркнула из своих мыслей.

И… Я неожиданно воспринимаю это как вызов. В конце концов, я наладил все необходимые связи в других городах и странах.

Самое время задержаться здесь.

Неохотно киваю на очередные комплименты в адрес Богданы. Как назло, почти каждый на этом благотворительном вечере считает долгом донести свои восхищения до меня. Потому что назвался её своеобразным опекуном?

Даже не стараюсь изобразить любезность. Мне тут всё осточертело, но какого-то чёрта всё равно остаюсь на вечере.

Вроде всё складывается как можно лучше. Надо бы радоваться — Богдана налаживает связи, очаровывает и вот-вот сможет от меня съехать. Либо сама, либо при помощи кого-то из явно запавших на неё мужчин.

Но наблюдая за её успехом, я отдаю себе отчёт, что испытываю скорее странное чувство. Непонятное. Ясно одно — далеко не радость и даже не облегчение.

Заново представленная обществу Богдана держится невозмутимо и гордо, при этом не высокомерно. Она располагает к себе, причём ненавязчиво и умело. А то, что тут есть люди, запомнившие её с прошлого раза, совсем не портит ситуацию, как я опасался. Наоборот.

Богдана не уклоняется от этой темы, не стыдится и не теряется. Наоборот, заводит её сама. Девчонка умудряется признать свои ошибки, при этом не принижая себя. Никакого наивного простодушия, с которым её заклевали бы местные токсики. Меня даже поражает её уверенная самоирония, благодаря которой Богдана умудряется вывернуть событие годовой давности себе на пользу. Выходит явной победительницей — её уважают. А некоторые ещё и восхищаются.

Богдана держится дружелюбно со всеми, но не выделяет никого. Общается в основной с женщинами. В общем, не делает ничего, чтобы были поводы для сплетен. Принимает ухаживания с вежливой отстранённостью, но без холодности. Заинтересовывает. И тут уж не знаю, намеренно или непроизвольно.

Я напрягаюсь лишь раз — когда к ней приближается Вениамин Венчиков, с которым год назад она так рвалась дружить. Но тревога оказывается ложной — теперь Богдана общается с ним так же, как с остальными. Не ищет его глазами, как в первый раз. Не только не выглядит такой же отчаянно нуждающейся в нём, как год назад, но даже не испытывающей интереса. Или научилась маскировать его?..

Хмурюсь. Мне совсем не нравится ход собственных мыслей.

Но ещё больше мне не нравится мимолётная ревность, кольнувшая при догадке о неохладевшей симпатии к Вениамину. А ещё мне не нравится идея играть новую для себя роль — бдящего опекуна на этом чёртовом вечере. Никогда бы не подумал, что мог до такого дойти. Более того, в какой-то момент ловлю себя на мысли, что не столько играю, сколько на самом деле волнуюсь за неё.

Но самое досадное — в моём присутствии нет нужды. Богдана прекрасно справляется. И я уже почти бешусь на себя, что пришёл. Да ещё и приехал ради этого в Москву чуть раньше, стоило только дворецкому сказать, что девчонка попросила заново дать ей допуск на благотворительный вечер, чтобы там начать с нуля.

Но самое странное и бесячее тут — что я непонятно зачем остаюсь, с необъяснимой досадой наблюдая, как мужчины снова и снова втягивают её в разговор или приглашают потанцевать.

Богдана же играет по моим правилам. Скоро она, так или иначе, съедет из моего дома. Очаровывает других... Не это ли я ей советовал?