Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 106 – Ирмата Арьяр

* * *

Дьяр вернулся на дворцовую площадь за оставшейся четверкой «теней». Представшая перед ним картина умилила даже демона: на ступеньках парадной лестницы перед закрытой дверью сидели две старушки и, мирно болтая, вязали с двух концов один длинный шарф. У их ног лежал матерый седой волк, которого Дьяр прежде не видел, и еще один, рыжеватый, служивший царице. Между ними сидела, пригорюнившись, начальница стражи Берра. Ее воинственные девицы и остальные оборотни куда-то разбрелись.

— Похоже, про нас уже все забыли, – пожаловался Дьяр, подойдя к живописной группе. – А ведь мне обещали выделить апартаменты, как почетному гостю.

Берра лишь рукой махнула и отвернулась с досадой.

— Да кому ты тут нужен, внучек? – даже спицы в руках Кикируси сверкнули как-то слишком насмешливо. – Иди уж домой. Успокой там девочку, а то она перепугалась, как владыка исчез. Из башни-то ей пока не выйти, а Иреку уже и не войти, папаша твой заклятье хитрое наложил, – старушка ехидно подмигнула, вынула шпильку из волос. – На вот, отомкнешь. Птичек моих покормить не забудь. Да из зеленой корзинки бери, а не из желтой, иначе гомону от них опять будет, гомону! Ну, ты знаешь. Крылышко свое сам полечишь или помочь? А то ты волчат подлечил, а о себе забыл.

Дьяр взял отмычку, покрутил в руке.

— Сам вылечу, спасибо. Как там отец?

— Справится он, даже не сомневайся, – ответила вторая старушка. – И спасибо тебе превеликое, внучек.

— Да за что же?

— За помощь. Сами Небеса привели тебя сюда, и слово ты нужное вовремя сказал. Пусть и свою корысть преследовал, но слово было правильное. Так пусть Небеса и дальше тебе помогают. Если ты не дурак, да не гордец, каким зачем-то хочешь всем казаться, то и тебе будет мое благословение. Имя мое запомни: Рагана. Пригодится.

Дьяр поблагодарил, поклонившись, а когда выпрямился, Рагана коснулась его щеки сухой ладошкой.

— Дай-ка, я тебе след от Ликиных коготков сведу.

— Не надо! – отшатнулся принц. – Пусть она сама исправляет, что натворила.

— Экие вы еще дети, и шутки у вас обоих глупые. Не обижай больше мою девочку.

— Не буду, суэнни Рагана, – обещал принц, подумав, правда, про себя: еще кто кого обижает.

А затем кликнул «теней» и, вполне довольный жизнью, отправился в Академию Тьмы вызволять Лику из плена.

«Что бы такое с нее потребовать за освобождение?» – мечтательно прищурил он ярко-синие, как у отца, глаза.

* * *

Сатарф возблагодарил Небеса за то, что вовремя пресек слежку чересчур заботливого сына, и наследник не успел увидеть битвы, случившейся через пару мгновений после того, как владыка поднял щиты и захлопнул дверь. Иначе бы Дьяр примчался, невзирая ни на что, и было бы только хуже.

Поцелуй Сатарфа стал фатальной ошибкой, испортившей и гипноз суэнни, и его старания. Эльда мгновенно почувствовала на его губах след поцелуя другой сельо, да еще и своей дочери. И тварь, уже почти оставившая ее, вернулась.

Тело царицы выгнулось дугой, разорвав его объятия, из ее горла вырвался хриплый вопль:

— Лика! Это не с-сон! Не с-с-сон! – когти на руках Эльды стремительно удлинились, а под верхней губой показались клыки.

В результате Сатарф изрядно вспотел, уворачиваясь от взбесившейся царицы, а в спальне не уцелело ни одного бьющегося предмета. К счастью, женщина вынуждена была действовать одной рукой и совсем забыла о висевшем на ее поясе кинжале, пытаясь достать врага когтями и порвать или придушить.