Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 121 – Ирмата Арьяр

— Прости, сынок, не рассчитал, – сказал голос отца, но с такой ухмылкой, что стало ясно: специально проучил.

— Злишься, пап? Не посягал я на твой Трон.

— И зря. Знаю. Не оправдывайся. И не волнуйся, перенес я дворец. Вместе с Заргой и ее свитой. Как ты? Цел?

— Местами. Отец, почему Тьма назвала меня морским отродьем? Я чего-то не знаю о своей матери?

Сатарф ответил через столь долгую паузу, что Дьяру показалось: владыка уже отозвал свою сокровенную Тень.

— Не забивай голову ерундой, сын, – ответил наконец владыка. – Тьма любую женщину рядом с нами будет воспринимать как соперницу. Она считает, что мы должны принадлежать ей безраздельно. И забывает, что тогда у владык не будет детей.

— Но она отвергла меня. Сказала, что я ее недостоин. Почему?

— Это не она, а ты сам чересчур самокритичен и считаешь себя недостойным той роли, которую тебе все равно придется сыграть. А она не любит сомневающихся. Принц Тьмы должен быть дерзким. Ты же способен лишь на наглость, свойственную слабым и трусливым, когда они прикидываются сильными.

— То есть я слаб и труслив? – оскорбился Дьяр.

— А кто прячется за двойников?

— Я всего лишь выполняю твое же требование, как послушный сын.

— Слишком послушный. Я-то уж было обрадовался, когда ты сюда полез, а ты опять не для себя старался. Ну что у меня за сыновья? Только Зарга и способна на воистину темные поступки!

— Мне что, тоже твою подпись подменить, чтобы Тьма меня признала?

— Я чего-то не знаю? – голос Сатарфа стал ласковым, как у откормленного кота.

Дьяр лихорадочно соображал, что ему выгоднее: сейчас наказать сестру руками отца или промолчать, а потом шантажировать гадину? Синица в руках показалась ему куда привлекательнее. К тому же владыка надолго отшибет у Зарги желание мстить Лике. И принц вытащил поддельный приказ. В тот же миг вещественное доказательство рассыпалась пеплом в его руках.

— Так о каком подлоге речь, сынок?

— Эмм… Это я к примеру, – попытался солгать принц.

— Врать мне ты никогда не умел, Дьяр. Тут ты в маму уродился.

— А в чем я, интересно, не в нее пошел? – зато ему удавались отвлекающие маневры.

— Ты же мужчина.

— Ну, разве что.

— Ростом. Крыльями. Цветом глаз, формой зрачка, – начал перечислять владыка. – И… и…

— И все!

— У тебя еще есть рога и когти в боевой трансформации, – вспомнил Сатарф.

— Спасибо копыт нет.

— У меня тоже нет, но я же не жалуюсь из-за этого по ночам в подушку.

— Да ты и днем не жалуешься. Ты же владыка Тьмы и Теней, настоящий демон, тебе не положено.

— А ты, можно подумать, не настоящий? И боевой ипостаси у тебя нет?

— Ты прекрасно знаешь, о чем я. Я люблю новые знания, а не новые драки и новых девок. Я ненавижу нашу Академию во главе с продажным ректором. Ковен высших магов я бы разогнал к Хурговой матери. А кланы? Это постоянный вызов! При каждой аудиенции! Я бы отменил клановость в принципе. А Тринадцатый вообще уничтожу, если стану владыкой. Драконам скормлю. А все перечисленное – это столпы, на которых зиждется наша власть. Как видишь, я только все разрушу, что строилось столетиями. Сердце у меня не лежит к тому, чтобы сидеть на Троне и олицетворять Тьму.

Сатарф долго молчал после этой тирады. То, что наследник сказал «наша власть», порадовало. Но остальное… Дьяр как никогда близок к бунту. Надо поторопиться с решением.