Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 177 – Ирмата Арьяр

Я в бешенстве вскочила. Но злость наглухо заткнула мне горло. Я даже звука не могла выдавить. Только проклятие, но – нельзя. Договор, чтоб его! Дьяр сделал паузу, надеясь на мои вопли. Не дождется!

Не дождался. Продолжил:

— Либо ты соглашаешься на мои требования, Лика, либо мы разрываем договор по пункту, не требующему твоего согласия, а именно: «неподчинение телохранительницы прямому приказу, не влекущему прямой или косвенной угрозы жизни и здоровью охраняемого объекта или его охраняющей».

Крючкотвор! Кто бы мог подумать, что он так въедливо изучит договор и воспользуется каждой крохотной дыркой?

— Ну так как, разрываем? – уголок его губ ехидно вздернулся. Это и привело меня в чувство.

— Насчет косвенной угрозы могу поспорить.

— Попробуй.

— Моему психическому здоровью будет нанесен непоправимый вред.

— Это еще доказать надо, а такие доказательства всегда предъявляются постфактум.

— А не треснет, ваше темнейшество? – не выдержала я.

Синие глаза торжествующе блеснули.

— Нет. Кстати, напоминаю, грубость и нарушение субординации тоже плюсуются в список прегрешений, влекущих за собой односторонний разрыв договора. Я жду решения.

— Ты… вы не имеете права на внесение таких изменений. Про список там ни слова.

— Имею. Параграф двенадцать, пункт шестой: условия службы стандартные, принятые при темном дворе, либо по усмотрению владыки.

— Но владыкой был Сатарф!

— Мои соболезнования.

Я в отчаянье рухнула на ложе. Поморщилась: мой копчик!

— Ваши условия можно интерпретировать, как сексуальные домогательства. Смотрите пункт двадцать девятый в разделе «Права и обязанности»…

— Нельзя, даже не надейся. Кстати, давай уточним, что имеется в виду под таковыми. А то, может, я тебя по плечу похлопаю, как боевого товарища, а ты размечтаешься, будто это ласка и домогательство.

Еще полчаса уточняли. Мой послужной список пополнился за это время аж семью нарушениями субординации (хотя, если бы я озвучила все, что думала об этом деспоте…).

Эта синеглазая зараза так и не признала, что требование спать с ним в одной постели и ходить в мини-юбке имеет отношение к домогательствам с его стороны. Это, видите ли, обеспечение его физической и – о богиня! – эстетической безопасности!

Мало того, он еще и процесс снятия печати исключил из списка. Точнее, это было оставлено на мое усмотрение. Мол, если хочу считать сие домогательством, то он не прикоснется ко мне, и печать останется, и я сама буду в том виновата. А если хочу, чтобы Дьяр выполнил обещание и снял печать, то я должна воспринимать все это как лечебную процедуру без сексуальной подоплеки… Еще и ресничками этак недоуменно похлопал:

— Лика, я и подумать не мог, что мои прикосновения как-то иначе будут тобой восприняты. Неужели они тебе так… приятны?

Демон наглый, изворотливый, чтоб тебя Хург пожрал! Молчи, Лика.

— Ты можешь отказаться, – торжествующе улыбнулся он, а в ладони появился свиток с его экземпляром договора. – Ну что, уничтожаем эту макулатуру? Давай быстрее, у меня еще куча дел.

И провалить задание богини? Ну нет! В конце концов, она предупреждала: легко не будет.

— Я согласна с вашими дополнительными условиями… владыка, – я запнулась. Не могу привыкнуть к его новому статусу. То ли дело «тыкать» принцу Тьмы, когда мы были почти равны.