Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 209 – Ирмата Арьяр

И эту конкретную красноволосую дурочку, которая понятия не имеет, какое гнусное задание он должен выполнить, нужно как-то спасти.

Сам подставил девчонку князю, сам и спасай.

Откупорив еще теплую, магически подогретую бутыль, он принюхался, выцедил глоток. Пить из горлышка или из вены – две большие разницы, как говорят в Тринадцатом клане. Тут сначала в рот набрать, потом выпустить клыки и выцеживать, как из грязной вонючей лужи. Все-таки бычья кровь – гадость несусветная во всех отношениях. Но жить, точнее, не-жить надо. У него есть цель. Или теперь даже две.

* * *

А ночью, переписывая пропущенные из-за отсутствия амулета лекции, он снова услышал шум: кто-то лез в окно, ворча и поминая Хурга. Даори усмехнулся, бесшумно отомкнул дверь, оставив ключ в замке, погасил светильник, обернулся летучей мышью и привычно забрался в вентиляционный короб, откуда наблюдал сквозь решетку за гостьей.

Миранда вошла, создав алый огонек, огляделась, разочарованно вздохнула.

— Даори, ты здесь?

— Здесь, – глухо отозвался он, постаравшись создать магическое эхо, чтобы девушка не определила его нору.

— Можно я тут переночую?

— Горгульи?

— И грифон.

— Ночуй. Спасибо за ужин.

За нападение он принципиально не извинился: предупреждали нахалку, нечего было провоцировать.

— Да не за что, – она заперла дверь изнутри, прошла к ложу – новенькому, пахнувшему стружкой, застеленному чистым бельем. Села. – Даори, я договорилась с дедом, чтобы… ну… не знаю, как у вас в Белой империи, но у нас тут, бывает, войнушки случаются с соседями. Сейчас вот с орками. Каждый клан обязан выделить отряд. И у нас в клане пленники появились. А они такие… разные… некоторые совсем… плохие.

— Я понял, – невыносимо было слушать ее спотыкающуюся от смущения речь. – Твой дед предлагает мне роль палача?

— Да.

— Согласен, – равнодушно сказал он, даже не поблагодарив. За такую работу не говорят спасибо.

— Я передам.

Пауза. Не из страха. Вампир чувствовал, что Миранда совсем его не боится. Скорее, собирается с мыслями.

— Ты можешь мне показаться? – попросила она.

— Закрой глаза.

Она закрыла, и он бесшумно выполз, перелетел на спинку стула, повис вниз головой.

— Можешь открыть, – скомандовал он и с удовольствием понаблюдал за гримаской разочарования. – Не нравлюсь?

Миранда потрясла головой, рассыпая по плечам багрово-алые перья волос.

— Не-а. Я не с Мышонком хочу говорить.

— А придется, – упорствовал Даори – О чем?

Демоница неожиданно протянула руку и, хихикнув, пощекотала мышке брюшко.

— Прекрати! Терпеть не могу щекотку! – сорвался он со стула и перелетел на ближайший насест – спинку ложа.

Зря! Взметнулся костер крыльев, сложился шалашом, а загребущие ручонки демоницы сцапали маленькое мышиное тельце.

— Ой, не могу, ты такой невыносимо хорошенький! – всхлипнула, хохоча, эта темная, невоспитанная, обнаглевшая девица и чмокнула разъяренного мыша в ушко. Его, вампира! Он раззявил маленькую, усеянную острыми зубками пасть и зашипел. Ничуть не испугалась, толстокожая. – А как ты забавно злишься, моя мохнатенькая прелесть!

И разошедшаяся шалунья, нагло отобравшая у него единственное пристанище, выжившая с единственной кровати, лишившая жизненно необходимого амулета, эта проходимка и авантюристка исхитрилась поцеловать взъерошенного зверька в нос! Его, вампира!